Лунный свет

А потом выдал самую глупую мысль, успевшую поселиться в голове.

– Он маг или типа колдун?

– Нет, – с усмешкой заметил Рич. – Он Итан Тейлор, типа мой младший брат и…

Итан Тейлор

– … и мне очень жаль, миссис Тейлор, но вы же должны знать, насколько нестабильное здоровье у альбиносов, – говорил чернокожий. На его широком, как и он сам, лице виднелось искреннее сожаление. Он сожалел по большой части из-за того, что являлся другом Джо Тейлора и речь сейчас шла о его сыне.

– Это всё чушь, доктор Шоркс, – палец Кэтрин стремглав помчался вверх.

 – Мой сын, такой же обычный, как и все люди. И вы это знаете, а если…

– Речь не о вашем сыне, а о болезни, что он подхватил, – повторил начало разговора Чарльз Шоркс. Ему уже нередко доводилось повторять слова и, пожалуй, получай он с этого по баксу, то насобирал бы себе на хорошую машину. А если к этому всему прибавить наглые высказывания и порой, бывало, оскорбления, то можно было бы и жену порадовать каким-нибудь «Фордом фокусом».

 – Болезнь Марбурга, мисс Кэтрин, неизлечима.

– Но что-то же должно помочь!

– Ничего, – он покачал головой, сдвинув губы вправо, словно пытаясь сдуть крошки (Вируса Марбурга) со щеки. – Я бы мог забрать его в больницу, на инкубационный период, но…

– Но что?

– Но это ничего не изменит. На вашем месте, я бы забрал сына домой и провёл последние для него дни вместе с ним.

– Что значит последние? – спросила она, хоть и понимала. Однако, как и любой матери ей было недостаточно понимания, чтобы поверить в скорую смерть сына.

Нет. Она бы никогда не поверила в это, если бы в один из грядущих дней не услышала тяжёлого сопения сына. – Мой мальчик, выкарабкается, доктор Шоркс!

Он понимающе кивнул.

– Кэтрин, как ваш друг, я соглашусь с вами, но как врач… – он вновь покачал головой, со съехавшими на правую сторону губами. – Мне очень… – и его прервала сильная, хлёсткая пощёчина. В какую-то долю секунды его лицо высказывало недоумение, озлобленность и шок, но после, со стуком двери, он пришёл в себя.

Миссис Тейлор быстрым шагом промчалась по коридору, схватила сына за руку и покинула клинику. Несколько раз Итан пытался заговорить с матерью, но слышал уже заученный ответ: «Дома поговорим, Итан». Они сели в «Контур» и поехали домой. Всю дорогу, Итан сидел, прижавшись к окну. Сперва лбу было холодно, потом больно от подпрыгиваний автомобиля на кочках, а после они выехали на шоссе и всё пришло в норму.