Лунный свет

Рич поздно набросил капюшон и дождь успел смочить его хвостик, который как тряпка ёрзал у него по шее и верхней части спины. Представь он, что это огромная пиявка и грудь бы тотчас выступила вперёд, а тело конвульсивно задёргалось. Но к счастью Рич – не Итан, и заниматься подобным он был не намерен. Но всё же дискомфорт он испытывал вплоть до перекрёстка Джексон– и Уитчем-Стрит, где ему предстояло повернуть направо и протопать милю по голой от асфальта дороги к самому кладбищу.

Ботинки, занимаясь любовью с грязью издавали режущее барабанные перепонки чавканье, которое начинало надоедать на четверти мили.

Риччи старался не смотреть по сторонам, а когда всё же ворочал головой, то замечал птиц, сидящих под ветками деревьев, змей клубочком свёрнутых в кустах или висячими, как лианы, на деревьях. «Интересно, удастся ли мне встретить аллигатора» – мелькнул шутка-минутка, на волне «Риччи Тейлор ФМ». Нос и кончики ушей стали ярко-розовыми, практически красными, совсем как у толстых мальчишек, стесняющихся подойти к девушке из-за боязни, что та посмеётся над его грудью, висячей из-под майки.

Только сейчас, когда оставалось метров сто, Риччи ощутил странное чувство, словно чаши весов «Сила духа – Физическая Сила», жалобно качнулась. Тело обрело выносливость, а сила отталкивания ног увеличилась. Однако здравый смысл, тянул его назад, создавая впечатления, будто душа отделяется от тела невидимыми клещами.

«Одумайся, Риччи, это судьба Итана, так решил Бог. Не стоит этого делать, не стоит лезть в природу и мешать мирозданию.

Посмотри, что наделали учёные со своими экспериментами»

«О чём ты?» – спросил он у неведанного ранее голоса.

Вот только ответил ему уже знакомый.

«Иди ко мне Ричи, я помогу. Тебе нечего бояться»

Головная боль настигла Рича и смех в том, что он знал, что в скором времени подобная херь случиться. Остановившись, обхватил лицо и впившись пальцами, потянул руки вниз оставляя тёмные, матовые следы, как после пощёчины. Закашлялся и во время кашля схватил несколько дождевых снарядов, с силой укусивших язык и осколками разлетевшихся во рту.

Какая-то из капель задела язычок, из-за чего Рич склонился неполной буквой «С» и закашлял ещё сильней. Головная боль прошла, и время, казалось, замедлилось, на долю секунды, в которую он успел услышать протянутый «Кап-КАП-кап-КАП» дождя, бьющего его по затылку капюшона.

Он выпрямился, протёр глаза и осмотрелся. Ворота кладбища, широкие и высокие, покачивались взад-вперёд.