Записки штурмана

Отвернуться мне не позволили правила хорошего тона и воспитание, поэтому приходилось сидеть и терпеливо дожидаться, пока зловонье само собой не рассеется в воздухе.

– Мертвецы – мои, – сказал боцман и, втянув все, что находилось в его ноздрях в рот, проглотил это.

Позже я понял, о чем говорил старый увалень. Но сейчас, я ответил, что мне ясно, и с мертвецами иметь дела, у меня нет никакого желания.

– Вот и славно. – Шилох улыбнулся, но как мне показалось, совсем не искренне. Он по-прежнему смотрел на меня, и под его палящим взглядом, я ощутил, что запросто мог бы признаться в чем угодно, даже будь это неправдой.

Спустя минутное молчание, боцман добавил: – У меня есть к тебе одно предложение. – Шилох наклонился ко мне, и моему вниманию предстали глубокие рубцы от картечи, что покрывали все лицо пирата. Казалось, выстрел был произведен в упор и на мгновение, мне стало жутко за судьбу того несчастного, кто спустил курок. – В общем, дело такое…

В этот момент на лестнице появился квартирмейстер Бенджамин Хагли.

При виде него, Шилох хлопнул меня по плечу и прохрипел, что рад знакомству. После этого все, кто попал под грозный взгляд Хагли, поспешно удалились, освобождая наши спальные места.

Я не питал теплых отношений к мистеру Хагли, но в тот момент я был очень ему благодарен, иначе мне, и остальным новобранцам, пришлось спать сидя на бочках. Мне даже стало спокойнее от того, что на корабле есть тот человек, который ставил дисциплину превыше всего и требовал этого от других.

Особенно от Шилоха, приверженца радикальных методов.

В эту ночь я спал как убитый и перед сном даже не стал размышлять о том, что же мне собирался предложить старый боцман, Шилох Абберботч.

Глава 4

Первый бой

Очередное утро моего плавания, началось не с кофе. С грога. Этот сильно разбавленный водой и подслащенный сахаром спиртной напиток, был не более чем обычной водой с ромом. Но матросы, смакуя каждый глоток, боготворили его, и когда напиток заканчивался в их кружках, жадно заглядывали в нее, в надежде найти там еще хоть каплю.

Я же, безо всякого наслаждения утопил в ней вяленую конину, и стал вместе с другими матросами дожидаться капитана на палубе.

Однако Говард все не появлялся на мостике, с которого он как я предположил каждое утро, подводил итоги вчерашнего дня, и раздавал указания на сегодняшний.

– Небось, опять нажрался и блюет в свой сапог, – предположил кто-то и некоторые из тех, кто это слышал, рассмеялись.