Записки штурмана

Я молился Господу, чтобы никто из них не решился оказывать сопротивления, в противном случае, ни у кого из пиратов рука не дрогнет.

Едва мы поравнялись с неприятельским кораблем, как вдруг с него прогрохотали несколько выстрелов. Огонь вели гвардейцы. Их было около дюжины. Может и больше. Несколько человек из нашей команды рухнули замертво на палубу. Среди погибших был и квартирмейстер. Его смерть мне далась особенно тяжело, так как из всей команды пиратского судна, Бен Хагли единственный кто мне импонировал.

Я заметил, как застыл пьяный Говард при виде своего мертвого главного помощника и как радостно вскрикнул Шилох.

Затем Шилох посмотрел на меня и демонстративно сжал свою огромную ладонь в кулак. Но я так и не понял, что он хотел донести до меня своим этим жестом. Однажды я все же узнал – Шилох оповестил, что вскоре раздавит кое-кому мошонку.

– На абордаж! – изрыгнул Хэтчер и в сторону лайнера напротив, полетели абордажные крюки. – Убить всех! – кричал обезумевший капитан. – Никого не оставить в живых! Зарезать! Расчленить! Выдернуть позвоночники! Ослепить! Сжечь! Задушить! Растоптать! Обезглавить!

Когда корабли ударились о друг друга, лихие пираты ринулись на вражеское судно, и завязалась резня.

Выстрелы смешивались с криками раненых, в дыму сверкали сабли и пламя, а кровь била таким яростным фонтаном, что окропляла паруса.

Я с ужасом понял, что далеко не так представлял захват судов. Для меня это казалось чем-то вроде детской игры в ножички, где нужно лишь первыми ступить на вражескую территорию, отвоевав ее на песке.

Только вот запах пороха, и оглушительные вопли обреченных, обрисовали мне пиратский промысел совсем иначе. Теперь я начинал осознавать, что пираты – это захватчики и убийцы. Маргарет пыталась это донести до меня. Она боялась дать согласие, чтобы я стал пиратом. Теперь я один из них и прощения мне нет.

В этот момент меня окликнул Тэрри Барлоу, коренастый мужчина с обветренным лицом и бородавкой под глазом. Это был наш канонир. Он отвечал за исправностью пушек и наличием в трюме пороха.

Так же он был один из тех, кто плохо спал с тех пор, как я ступил на судно.

Глава 5

Мертвец в трюме или подслушанный разговор

– Молокосос, – позвал меня старик, – живее пойди сюда! В трюм с порохом! Спускайся живее!

Я бросился в пороховую, куда только что спустился Тэрри. Здесь, на средней палубе, было темно как в могиле, но зато сухо и тепло.

– Мне нужна помощь твоя, – сказал Тэрри, указывая на одну из бочек.