Эта девушка

Хотя, и это не помогло бы.

– Хватит пялится! ? ворчит она, скрещивая руки на груди.

– Хватит быть такой сексуальной, ? парирую я.

Против воли ее губы дергаются в улыбке. Быстро поднимаюсь, становясь вплотную к ней. На мне только боксеры, не скрывающие мою полную готовность.

– Ты можешь быть серьезным? ? недовольно вздыхает она, но уже менее агрессивно.

Я выгибаю брови:

– Я сейчас очень серьезен, детка. Ты сводишь меня с ума. Что может быть серьезней?

Хватаю ее за плечи и опрокидываю спиной на матрас.

Кая ойкает. Забираюсь сверху и зажимаю ей рот рукой.

– Тише. Ты же не хочешь разбудить родителей?

Наши лица на расстоянии полу дюйма. Моя ладонь становится горячей от вдруг ускорившегося дыхания Каи. Она моргает, не отрывая от меня взгляда – вижу, что сдалась. Даже если все еще злится, теперь это не главное. Она хочет меня. Хочет не меньше, чем я ее.

Притяжение между нами сумасшедшее.

Только что оно сделало ее беспомощной. И это, черт возьми, радует меня! Чем больше власти я буду иметь над ней, тем больше шансов, что она останется.

Даже когда узнает меня настоящего.

– Я хочу извиниться перед тобой за то, что вел себя как придурок, ? приглушенно говорю я. И так как я все еще зажимаю ей рот, она приподнимает брови в немом вопросе.

Не знаю, насколько я честен, и касается ли это извинений, но я хочу ее. И прежде чем позволю своему слишком перевозбужденному члену погрузиться в нее, хочу ласкать ее своим ртом между этими восхитительными ножками.

– Ни звука – не хочу уносить отсюда ноги посреди ночи, в одних трусах, ? шутливо предупреждаю я, прежде чем убрать руку от ее рта.

Кая хмыкает, закатив глаза.

Спускаюсь ниже, пальцами цепляясь за край ее шорт, и тяну их вниз. Она приподнимает бедра, помогая мне снять их.

Ее живот напрягается, из груди вырывается короткий выдох.

Она в предвкушении.

«Ох, сладкая моя девочка».

Беру ее за щиколотки, заставляя согнуть ноги в коленях и развести шире.

С жадностью смотрю на открывшийся мне вид. Член в трусах болезненно дергается, но ему придется подождать.

Склонившись, осторожно дую на полоску волос у нее на лобке, затем целую в самое средоточие, сочащееся жаркой влагой. Кая стонет, ее бедра дергаются, и я кладу на них руки, удерживая на месте.

Ее тело извивается, голова мечется по покрывалу и мягкие, задушенные стоны срываются с губ, откликаясь на мои ласки.