Сломанные линии

Я говорю «эпичная попойка», но на деле я не уверена, так ли это. Потому что мало что помню. Я могла вести себя глупо, смешно – и в итоге просто опозориться. Я не могу быть ни в чём уверенной. Потому что… Я говорила, что мало что помню? Последствия ночного загула: я начинаю повторяться.

Обойтись в Лос-Анджелесе без своей машины очень и очень трудно, а на деле – практически нереально. В колледже у меня была довольно потрёпанная шеви, но отец с матерью сделали мне подарок в честь выпуска, так что теперь калифорнийские дороги я рассекаю на новенькой тёмно-синей Mazda CX-3 кроссовер.

В машине я бросаю досадливый взгляд на наручные часы – у меня нет времени заскочить в Старбакс и купить себе латте, после которого, вполне возможно, день станет чуточку меньше, чем тотально дерьмовым. Но, видно, не судьба. Так что я проезжаю свою любимую кафешку, проводив её плотоядным взглядом.

Пока добираюсь до Малибу, где расположена клиника  Клифсайд, я размышляю о том, что просьба-приказ моего босса значат для меня.

Последние пять месяцев я работаю ассистентом мистера Ричардса, и, хотя я вроде как на хорошем счету у своего босса, не скажу, что у нас уже те отношения, когда он во всём совершенно и абсолютно доверяет мне. То есть да, я организовываю его встречи, занимаюсь бумагами, принимаю звонки и, конечно же – готовлю кофе, но суть в том, что, если завтра я уволюсь, мистер Ричардс без труда найдет на моё место с десяток, если не больше, желающих девушек. Но получив это поручение, я вроде как поднялась на ступеньку выше, потому что такое ведь не каждому доверишь.

Значит ли это, что босс ценит меня как ответственного, надёжного работника?

Приободрившись данной мыслью, я включила радио в машине, и, хотя моя голова всё ещё периодически пульсировала, принялась барабанить пальцами по рулю в такт песни Тейлор Свифт. Тейлор пела о том, как она будет двигаться без остановки, я даже стала подпевать следом за ней, наслаждаясь поездкой по Энсинал-Каньон-роуд, вдыхая солёный воздух, доносящийся со стороны океана.

День выдался тёплым и солнечным, как и примерно триста пятьдесят дней в году в Лос-Анджелесе, а небо сверкало кристальной голубизной. Если бы не нужда, я бы обязательно провела день на пляже, плескаясь в океане и загорая под солнышком, конечно же, щедро намазавшись защитным кремом, в компании любовного романчика.

А может, и не только.

Мне вспомнился мой сон, и я заулыбалась. Хороший – нет – прекрасный сон, который так неудачно прервали.