Такие разные. Чувствуя тебя

Но так же я знаю, что есть вещи, о которых я умалчиваю.

Люблю ли я Джареда?

Безусловно.

Продолжаю ли я любить Тайлера?

А разве я когда-то прекращала?

Тайлер

– Так вы с Джаредом Блейком давно знакомы, да? – спрашивая, я старательно контролирую свой голос. Не хочу, чтобы Мег уловила в нем нечто большее, чем обычное любопытство.

Мы только что вернулись с этого вечера, растянувшегося на миллион лет, и Мег в ванной избавляется от своего вечернего макияжа. Против воли, я вспоминаю время, когда наблюдал за тем, как это делала Лекси.

Как иногда делал это для нее, потому что знал, что ей это нравится. Она взбиралась на стойку умывальника, закрывала глаза и едва не мурчала от удовольствия, пока я осторожными движениями водил ватными дисками по ее лицу.

– Да, всю жизнь, – улыбнувшись, отвечает Мег, прогоняя видение прошлого. – Наши семьи дружили еще до нашего рождения, и мы всегда вращались в одних кругах, но подружились, когда стали взрослыми. Из-за разницы в возрасте в детстве нам не интересно было друг с другом.

Мне противно мое собственное любопытство, но я не могу его контролировать. Стоит признать, что меня все еще интересует все, связанное с Лекси. К моему собственному сожалению. Много лет я держался на расстоянии; я даже уехал на другой материк, решив никогда больше не возвращаться в ее жизнь. И пять лет мне неплохо удавалось это.

Тогда, когда мы только расстались, я был полностью дезориентирован. Я не понимал, что произошло с моей жизнью, и что делать дальше.

Знал только, что хочу свалить из Нью-Йорка, и быть максимально далеко от Лекси, хотя это и казалось трудным.

Так я оказался в Европе, переезжая из страны в страну, не задерживаясь нигде более двух-трех месяцев. И так продолжалось три года, пока в одном из клубов Мадрида, где я устроился барменом, работая над рукописью в свободное время, не встретил Мег. И эта встреча стала подарком для меня. Мег была первым человеком – не только женщиной, – которого я близко пустил в свою жизнь, и позволил узнать себя.

Мег оказалась веселой, милой и, не смотря на высокое происхождение, совсем не заносчивой. С ней, наконец, я почувствовал себя живым. Впервые за долгих три года. Влюбиться в нее было легко, что в итоге и произошло.

Я не хочу, чтобы сейчас, когда в моей жизни, наконец, появилась стабильность и девушка, отношения с которой не напоминают американские горки, этому что-либо угрожало.