Авантюристы

– Как же быть? – жалобно протянул супруг.

– Принять и сказать, что мы заняты укладкой: мол, едем в Москву.

– А как же Фаина? Она непременно выйдет к нему…

Анна Ивановна презрительно повела плечами:

– Об этом не беспокойтесь, это – моя забота. А вы ступайте справлять свое дело. Да не переврите, ради самого Создателя! Мы в Москву уезжаем… маменька захворала… Нарочного прислал с письмом, – импровизировала она, резко отчеканивая слова, чтобы лучше запечатлеть их в памяти супруга.

 – Уезжаем на днях, всем домом собираемся… в расстройстве… никого не принимаем…

– А как же бал у посланника?

– Так что же из этого? Какое это имеет отношение? – отрывисто спросила Анна Ивановна.

– Разве мы на него наших девочек не повезем?

– Не говорите глупостей, Алексей Андреевич! Платья готовы, цветы закуплены, с какой стати мы их лишим удовольствия видеть настоящий свет? Вы, верно, забыли, какого мне стоило труда достать приглашение? Вы все забываете, Алексей Андреевич: голова у вас, как решето.

И что вы тут стоите? Он уже, верно, в зале… Ступай, посмотри, – обратилась она к горничной, и та побежала исполнять приказание. – Как вы не понимаете, что надо только дать ему понять, чтобы он прекратил на время свои посещения? Удивительный вы человек, Алексей Андреевич! И как это вас в сенаторы произвели, дивиться только надо! Да вы даже в порядочные лакеи не годитесь, ей-богу, право!

– Не сердись, голубка, но я никак не могу взять в толк: выдадим мы за него Фаиночку или нет?

Анна Ивановна так грозно стукнула коробочкой по столу, что супруг ее съежился и отступил к двери.

– Вы – совсем дурак, Алексей Андреевич! Делайте, что вам говорят!

– Он, может быть, с декларацией приехал…

– А вы до декларации его не допускайте, кружите его вокруг да около и с первых же слов, не давая ему разговор про Фаину завязывать, про наш отъезд скажите; он поймет.

– Ты думаешь он поймет, лебедь моя белая?

– Разумеется, поймет. Он – не такой дурак, как вы… Смотрите же, не перепутайте, боже вас упаси! Мы укладываемся… едем в Москву… письмо от маменьки, – отчеканивая слова, точно с тем, чтобы с силой вбить их мужу в голову, закричала ему вслед Анна Ивановна.