Будильник для мертвеца

Слушай, дед, а правда, чего это ты такие розыгрыши жёсткие устраиваешь? Зачем тебе это надо?

– Не розыгрыш это, – с серьёзным выражением лица ответил дед. – Ты иди, принесёшь лекарства, а я пока подумаю, рассказывать тебе или нет, зачем это всё.

На поход в аптеку Паша потратил больше времени, чем рассчитывал. Пришлось зайти в две аптеки. В первой не оказалось всех лекарств.

– А где гроб? – Павел вошел в комнату.

– Увезли уже, – махнул рукой Тихон Аникеевич.

Чёрт, скоро же еду привезут. Я в ближайшем кафе заказывал на троих.

Отменять поздно.

– Сиди уж, жди. Пусть везут, со мной поешь. Что останется, с собой увезёшь. Всё-таки гроб надо было оставить. Скоро пригодится, видать, – дед заглотил несколько таблеток, запил водой.

– Дед, ты опять? Я больше в этом участвовать не собираюсь. И так сегодня чуть не свихнулся. Думал, глюки начались. Болезнь какая-то.

– Не видал ты болезней-то! Вот у меня, всех и не вспомнишь. Ты венки-то, снеси на балкон пока. Забирать их отказались.

Через полчаса привезли еду. Павел и Тихон Аникеевич сели за «поминальный» стол. Молча поели.

– Расскажешь, как ты так «ожил»? – поинтересовался Паша.

– Эх. Жизнь моя. Расскажу, коли перебивать не станешь. Всё равно ведь не поверишь.

– Это мы ещё посмотрим, – улыбнулся внук.

– Ладно, слушай, пока я добрый и ничего у меня не болит.

Паша взял кусок рыбного пирога и компот. Он приготовился внимательно слушать.

«Знаешь уже, что всю жизнь до самой пенсии проработал я археологом.

Хоть я тебе и не говорил про то, но видел, как ты рассматриваешь мои находки. Да не смотри так, волком-то. Вы все, хоть и говорите, что не нужно вам моё добро, а глазки-то горят, когда мои артефакты разглядываете. Ладно, что-то я не в ту сторону опять ударился.

В году, этак, пятьдесят втором, наткнулись мы при раскопках на братскую могилу недалеко от Львова. Захоронение времён первой мировой оказалось. Позже уже выяснилось. Завершили мы там дела свои в тот день. Все артефакты, что нашли, в местный музей сдали.

Знатная вещичка мне попалась. Выглядела необычно, вроде медальон. Но не похоже, что старинный. Я его сдуру себе на шею надел. Что в голову ударило? С роду даже крестов не нашивал. А тут, бес попутал. Напялил вещь умершего. Значит, сдали мы всё на ночь в местный музей, под роспись, самое ценное – в сейф. При свидетелях.

Утром я проснулся от звука божественной мелодии. Вслушиваюсь, понять не могу, откуда доносится.