Песок в раковине

Постоянные приступы аллергии на любую ерунду, тошнота, обмороки и галлюцинации были обычным состоянием маленькой Анны до двенадцати лет, пока у неё не пошли первые месячные. До этого времени она жила в интернате для детей-инвалидов, причём учителя занимались с нею индивидуально, так как она могла неадекватно отреагировать на голос или запах другого ученика.

И вдруг в двенадцать лет всё прошло. Анна быстро, за пару-другую месяцев, превратилась в нормальную, резкую, немного болезненную, но в меру, девочку-подростка с кучей комплексов и амбиций.

Организм её каким-то образом научился балансировать содержание меди, по-прежнему ненормально высокое, но теперь стабильное, аллергии унялись и поддавались простым таблеткам, головокружения прошли, обмороки случались всё реже. Её определили в нормальную школу, но, не научившись общаться в раннем детстве, Анна с трудом и болезненными срывами постигала это простое искусство. У неё были феноменальные способности к точным наукам, особенно к химии и физике, но трудности с гуманитарными предметами и поведением. Она не привыкла к дисциплине, не желала признать себя одной из многих, будучи столько времени особенной, и не могла найти общего языка с коллективом. Новая жена её отца, мама Таня, отдала её в секцию биатлона почти в отчаянии, надеясь, что спорт поможет Анне научиться общаться.

И не ошиблась. Душой коллектива Анна не стала, но научилась работать в команде.

В остальном спорт совершил настоящее чудо: Анна превратилась в физически довольно крепкую и потрясающе красивую девушку. Правда, красота её была того рода, что отпугивает мужчин и вызывает ненависть и зависть у женщин, поэтому счастья ей она не принесла. Холодная и несколько бесцветная блондинка, высокая, спортивная, с грацией теннисистки, какая угодно, но не хрупкая, она держалась слишком отстранённо и даже надменно. За этой надменностью скрывалась безграничная застенчивость и неуверенность в себе, но Анна очень удачно это скрывала. В эпоху перестройки отец открыл ей страшную тайну: что его фамилия на самом деле не Кузнецов, а Полонский, и они из очень древнего и знатного рода с польскими корнями. Это произвело на Анну сокрушительное впечатление. Поменяв фамилию, она ушла в свой собственный мир, где была графиней в изгнании, гордой, независимой и загадочной.