Песок в раковине

Кожа его там, где её не скрывал серый балахон, казалась сухой и мёртвой, старой-старой, цвета светлой умбры. Волос не было. Но страшно было не это всё, страшны были его глаза. Окружённые старыми, морщинистыми веками, они были мутными, тусклыми, без зрачков, и казались древними, больными и безжалостными. Анна непроизвольно вжалась в свою лежанку под этим взглядом, ясно-ясно ощутив, что всё правда. И те вещи, которые она видела, были специально предназначены именно для этих четырёхпалых рук – не человеческих.

«Скала» открыл рот, но вместо нормальной русской речи оттуда полилось какое-то протяжное завывание и прерывистые вздохи. Существо качнуло головой, внимательно разглядывая Анну, и ответило короткой фразой из таких же звуков.

– Я верю. – Слабо произнесла Анна. – Вы меня… убедили.

Сначала ей стало страшно. Она вспомнила различные жутики о том, как инопланетяне похищают людей и проводят над ними опыты и эксперименты. Почему-то она ни разу не усомнилась в том, что всё происходит наяву и именно с нею; у неё не было подозрения, что она сошла с ума или бредит.

Зато других подозрений у неё было навалом, и одно хуже другого. Какое-то доверие ей внушал только «Скала», который предложил называть его Заком.

Поверив сразу, она верила уже всему. Немного странно было, что понимать инопланетян ей помогала маленькая клипса из белого металла, но Анна приняла это уже совершенно спокойно. Чего она не понимала, то старалась просто принять, не раздумывая много, чтобы не сойти с ума окончательно.

В конце концов, она никогда не понимала по-настоящему, как работает компьютер, телевизор или сотовый телефон, но жила же с этим. Когда крутые программисты начала восьмидесятых ковырялись со своими огромными ЭВМ, как они отнеслись бы к ноутбуку, увидев его? Так и клипса – переводчик, возможно, простейшая вещичка из быта инопланетных людей?

Кстати, о людях. Анна не видела никого, кроме неприятных гуманоидов и Зака; никто больше к ней не приходил.

Когда она спросила у Зака, как долго она будет здесь находиться, неужели до конца полёта, он ответил:

– Это для того, чтобы вылечить тебя и кое-что изменить в тебе на молекулярном уровне. Ты ведь покинула свой мир впервые. Это не проходит бесследно; каждая солнечная система – образование целостное, идеально уравновешенное, каждый, даже самый маленький элемент которого влияет на все остальные и одновременно подвержен влиянию всех остальных.