Песок в раковине

Звёзды располагаются в небе не на одной плоскости, одни находятся ближе, другие дальше, и если бы какой-то гипотетический наблюдатель начал двигаться вокруг Большой Медведицы, рисунок составляющих её звёзд постоянно бы изменялся. Когда Анна поняла, про что он, её озарило другим вопросом: ведь все объекты Вселенной постоянно движутся; как же, наверное, сложно прокладывать курс между самыми отдалёнными из них! Зак подтвердил, что это необыкновенно сложно, и навигаторы – очень редкий и престижный класс специалистов.

– В Грите всё так же? – Спросила Анна, начиная понимать, на что согласилась.

– Да. – Кивнул Зак. – Придётся привыкать.

Помучившись на неудобной лежанке, Анна в конце концов переместилась на пол, и только тогда смогла уснуть, но спала плохо. От обилия информации и тревоги голова шла кругом; когда она задрёмывала, ей снились кошмары. Причём одним из действующих лиц в этом кошмаре – как и во всех последующих, – был человек, лица которого она не видела, но у которого были синие волосы, гладко зачёсанные назад.

Чем дальше, тем страшнее ей становилось. Иногда до такой степени, что в животе заворачивался ледяной узел. Вникая даже в такие немногочисленные подробности чуждой жизни, она яснее начинала сознавать, что на самом деле ей никогда не понять очень многих вещей. Неприязнь к Вэйхэ не исчезала, напротив, усиливалась с каждым днём. Анне не нравился их запах, не нравился до того, что голова кружилась, но выдать это она боялась.

Порой она малодушно мечтала о том, что всё это не взаправду и не с нею; и однажды окажется, что она просто окончательно сошла с ума и бредит. Правда, бред был до того реален, что чем чёрт не шутит, мог и на самом деле летально завершиться для неё. Анна, как всякий образованный человек, слышала о том, что способно сотворить самовнушение. А ещё её пугало, что сами мысли об этом, скорее всего, доказывали, что это не бред.

Одежда, которую дали Анне, была серая, безликая, но вполне удобная; температура на корабле была комфортная – Анна вообще её не ощущала, не прохладно и не жарко, как раз то, что надо. Еда тоже была никакая, но и голода Анна не чувствовала – три раза в день съедала то, что ей приносил Зак, и запивала какой-то почти безвкусной, но не неприятной жидкостью, благополучно забывая о пропитании на всё остальное время.