Новый русский миропорядок от потомка Чингисхана

Глобальный кризис обнажил пределы «количественного роста» и расширенного воспроизводства капитала. Ведь его сущность – рост прибыли, падение же ее нормы и переход ядра капитализма – банковского капитала – к отрицательным процентным ставкам делает бессмысленным сам капитализм как строй. Отсюда и рождаются робкие требования перейти от системы количественного роста к системе качественного развития[30 - т.е. общественному строю, «в котором, в соответствии с объективными законами природы, соблюдается баланс между наличными ресурсами и запросами на них со стороны объединенных участников системы (в перспективе, единого Человечества), обеспечивая, тем самым, гармонию сосуществования людей с окружающей их природой.

» – Александр Шмидт. Лозунги в Ампоцелистическом обществе. См.: http://drimex.livejournal.com/6516.html].

И поскольку сама европейская цивилизация покоится на индивидуальном историческом субьекте, постоянно выходящем за социосистемные и даже природные пределы, то в глобальном кризисе оказалась сама техноцивилизация Каина с ее линейным эсхатологическим временем.

Римская суперформация агонизирует.

Вполне понятно, что мыслители каинового племени видят в ее кризисе конец времен и Апокалипсис. Хотя, и ее начало (чудесное рождение Иешуа-Иисуса), ее зенит (смерть и воскрешение И. Христа) и конец (возвращение и страшный божий суд) – чудо, исторический миф, никак не вытекающие из законов физического мира.

В то же время ни индуистский, ни китайский субъекты никогда не теряли связи ни со здравым смыслом, ни с биосферным «месторазвитием», ни с вечным Космосом.

Как и кочевники с их вечным движением по кругу, азиатские народы живут в вечном времени Космоса. Они не видят в кризисе библейской западной цивилизации конец света. Его в их представлениях просто нет. Их культуру и картину мира не создавала жреческая корпорация Рима, которая помогала сетевой экспансионистской корпорации менял-ростовщиков, которые через ссудный процент скупают, пожирают и закабаляют мир, и свой естественный предел отождествляют с концом мира.

Переход скотоводов от бесклассовой системы «общество – скот» к классовой в ходе порабощения ими оседлых людей есть рефлексия социоисторической Системы в себя, рождение рефлексивных межклассовых отношений. Здесь Кшатрии отчуждают от производителей-Шудр собственность на землю и опосредуют процесс их производства. Теперь место животного производителя занимает Шудра, оппонирующий выделившемуся как личность субьекту-Кшатрию.