Вниз, к звёздам. Том I

А вот желание вытворить что-нибудь эдакое, чтобы доказать хотя бы самой себе, что Аня не была зашуганным ребёнком, как многие годы с сарказмом называли её одноклассники, не покидало голову девушки. Поэтому она с радостью согласилась пройтись по городу в компании только что обретённого знакомого.

На улице уже вечерело. Небо розово-оранжевым куполом раскинулось сверху, провожая остывшие солнечные лучи за горизонт. Центральная часть города была полностью перекрыта для автомобильного движения из-за многочисленных выпускных, поэтому кругом царило молчание, нарушаемое отдалённым шумом транспорта и радостных выкриков празднующих.

Прохладный воздух остужал успевшие нагреться за день вереницу зданий и асфальт.

Аня и Дима шли вперёд. Он рассказывал разные смешные истории и шутил, заставляя девушку хохотать без остановки. Она позабыла и о недавних переживаниях, и о грусти, которая одолевала её с утра, и даже о созревавшем в душе страхе перед завтрашним днём, о котором она и самой себе признаться боялась. Рядом с голубоглазым улыбающимся брюнетом ничто в этом мире не имело значения, кроме сегодняшнего вечера.

– Твоя мама не начнёт волноваться из-за того, что её дочь внезапно исчезла? – серьёзный вопрос Димы повис в воздухе. Он вернул Аню в реальность, и девушка перестала смеяться, отозвавшись:

– Она не пошла на выпускной.

– Почему?

– Мама недолюбливает моих одноклассников и их родителей,– Аня запаниковала. «Так, вот теперь что-то явно пойдёт не так», – пронеслось у неё в голове.

– Почему? – как попугай, повторил Дима.

– А почему мы говорим об этом?

– О чём же ещё нам поговорить? О погоде, пушистых кошках и домашних тапочках?

– Пушистые кошки – вполне приятная тема, – не без иронии заметила Аня.

– Конечно, я понимаю, ты уже взрослая, и о родителях говорить неуместно, – начал Дима.

– Что?

– Я имею в виду, что люди, вышедшие из детского возраста, считают неловким обсуждать своих родителей или вещи, связанные с ними.

Вот, значит, что. Он решил, что Аня уже взрослая, точнее, что ей исполнилось восемнадцать.

Признание в том, что её совершеннолетие наступит только в конце сентября, представлялось ей стыдным в данную минуту. Девушка не осмелилась развивать иллюзии молодого человека по поводу своего настоящего возраста и просто оставила его замечание без ответа.

– Твой отец, стало быть, тоже не пришёл? – не прекращал свой допрос Дима, испытующе поглядывая на Аню.

– У меня нет отца. Он десять лет напивался и избивал мою мать.