Живи

Пока есть связь, будем общаться. Не забудь, отключат свет, почувствуешь, что все хреново, сразу дай мне знать.

– Я поняла. Что, если у вас там начнется то же самое? Не рискуй тогда, ты поняла? Сиди дома и никуда не выезжай!

– Мы же договорились. Ты что, все забыла? – занервничала сестра.

– Ладно, поняла. Все, буду штудировать маршрут.

– Давай, – тихо ответила она.

– Постой! – вскрикнула я. – Когда прибудешь на место, обвяжи цветной тряпкой столб или забор того дома, который выберешь для ночлега!

– Хорошая идея.

Так и сделаю.

Я улыбнулась, услышав, как у нее поднялось настроение.

– Тогда до встречи. Да? – Мои губы задрожали, и предательская нотка страха скользнула в голосе. Страха не за свою жизнь. Я боялась больше не увидеть ее.

– До встречи. Не плачь. Все будет нормально. Мы скоро увидимся.

Почему-то, когда говорят «не плачь», ты начинаешь реветь в два ручья. И поэтому мне пришлось нажать отбой, чтобы она не слышала мою слабость.

***

До вечера я штудировала маршруты, изучала поселок Крестцы и делала пометки в записной книжке.

Телевизор постоянно работал. Новости все больше ужасали. Если сначала оповещали о некоторых вспышках, то сейчас вовсю крутили кадры кровавых сцен. Большое количество военных, сцены задержания как обычных людей, так и спятивших. На последних я старалась смотреть внимательно. Народ толпами пытался сбежать из городов. Огромные очереди и пробки длинными вереницами выстраивались на дорогах. Естественно, никто не сидел дома. Как бы не умоляли об этом в телевизоре. Все начали паниковать и спешно покидать крупные города.

Послышался шум из соседней квартиры. Кто-то что-то крикнул, что-то с грохотом упало. Я отключила звук и прислушалась. Тишина. Затем стук, какая-то возня. Резкий крик и удар чем-то тяжелым. Я подскочила на месте, и сердце заколотилось где-то в районе висков. Подойдя к стене, прислушалась, прижавшись ухом. Тишина.

– Что за хрень там происходит…

Мурашки пробежали по спине. Я вышла на балкон и посмотрела в окно соседнего балкона.

Ничего не видно. Свет горит. Зефирчик ходил за мной и явно нервничал.

Еще долго я прислушивалась к посторонним звукам, но ничего подозрительного больше не услышала. Но и человеческих разговоров или включенного телевизора я тоже не услышала. На улице так же было тихо. Мне захотелось прогуляться вдоль домов, выйти к берегу, но потом желание отпало.

Вскоре я уснула.

На следующий день я проснулась от жуткого шума и топота в коридоре.