Живи

Левее от трассы, по которой мы двигались, полыхал сильный пожар, и черный дым клубился, устремляясь вверх. Запах гари чувствовался и в салоне нашего автомобиля. Кто-то куда-то бежал или загружал в машину вещи. Кто-то кричал, где-то рыдал ребенок. Люди беспорядочно перебегали дорогу или в панике кричали чье-то имя.

Машины брошенные на проезжей части осложняли движение. Мы медленно продвигались вперед, объезжая, как только удавался случай. Проезжая мимо метро, я заметила военных. Люди в форме с оружием наперевес встречали толпы гражданских у метро, рассаживали их по автобусам, но не всех.

Кого-то отводили в сторону, и что было дальше, я не видела. Вдруг на дорогу выскочила женщина, вся в крови. Она размахивала руками и бежала к нам навстречу. Я немного притормозила, чтобы не сбить ее, а она бежала к нам, оступаясь, падая и поднимаясь вновь. Люди шарахались от нее по сторонам.

– Дави на газ, – еле слышно сказала Катя.

– Что с этой тетей? Мне страшно! – Полина вцепилась в свою сестру.

– Что с ней? – я плохо видела вдаль, поэтому не сразу поняла, почему Катя нервничает.

– Посмотри на нее, она уже не человек! – крикнула Катя.

Я присмотрелась и увидела, как бегущая к нам женщина волочит за собой какой-то канат. Потом я поняла, что это ее собственные кишки, вывалившиеся наружу. Резко надавив на педаль газа, я выкрутила руль вправо, задев зараженную боком. От испуга мы закричали все втроем. Удар пришелся с моей стороны. Я инстинктивно укрылась рукой и, вжимая педаль в пол, рванула вперед, еле удерживая машину на скользкой дороге.

Добравшись до КАДа, мы остановились на обочине, чтобы успокоиться. Хвоста за нами не было, лишь редкие автомобили, сворачивающие с дороги и удаляющиеся в другие стороны от КАДа.

– Ты уверена, что хочешь ехать туда? После увиденного, – я посмотрела на Катю.

– Уверена, там моя сестра.

Я удивилась ее храбрости. Даже больше скажу. Ее храбрость как-то передалась мне, как некий стимул двигаться вперед.

– Сколько тебе лет? – спросила я.

– 22 года.

А Марине 23.

– Ты смелая. Но я не уверена, что пойду с тобой. У меня тоже есть сестра. Надеюсь, ты понимаешь.

– Понимаю, – ее губы задрожали.

Мы все очень боялись. Беспрестанно глядели по сторонам и вздрагивали при постороннем шуме.

Дорога, как я и предчувствовала, была забита машинами. Все сигналили и ругались. Половина людей вышли из машин и махали руками, о чем-то споря и переговариваясь. Мы остановились в хвосте колоссальной пробки и вышли на улицу.