Печать Соломона

Кроме того, большинство Дорог были и вовсе не пригодны, поскольку имели выход под землей, под водой, в воздухе, или же вообще в космосе. Так что со временем эти пути оказались забытым и устаревшим обломком старого мира, которым никто уже и не помнил, как пользоваться. Альфред помнил и не без оснований считал себя в этом деле непревзойденным мастером.

Выбранная им Дорога, как и предполагалось, проморозив до костей и заставив все тело вибрировать как в припадке, вывела в неприметный, разрисованный чьими-то неумелыми граффити и признаниями в любви переулок в самом центре Москвы.

Окунувшись в прохладную вечернюю атмосферу, характерную для середины весны, Альфред непроизвольно передернул плечами, неосторожно зацепив водосточную трубу позади себя, отозвавшуюся на подобные посягательства оглушительным лязгом.

Резкий звук взбудоражил и спугнул скрытую темнотой компанию подростков, расположившуюся чуть впереди в том же проулке, в котором оказался Ал. Услышав чей-то удаляющийся топот, мужчина сделал десяток шагов вперед и наткнулся на человека, что-то судорожно пытавшегося нашарить дрожащими руками на сыром и практически невидимом в окружавшей их темноте покрытом трещинами асфальте.

Секунду посетовав на судьбу, которая вынуждала его, даже будучи при полном параде, блуждать по каким-то трущобам, Альфред пнул носком ботинка кучку сигаретных бычков и явно не в первый раз использованных шприцов и заметил то самое, что, по всей видимости, тщетно искал его новый знакомый. Подняв зажатый между двумя пальцами пакетик с неким белым порошком на уровень глаз, Альфред обратился к своему визави:

– Не это ищешь?

Совсем молодой, как выяснилось мгновение спустя, парень, который только теперь заметил непрошенное соседство, попытался резко отползти в сторону, весьма болезненно приложившись затылком о кирпичную кладку стены позади себя. Сползший с его головы капюшон ветровки обнажил взъерошенную, криво подстриженную макушку и физиономию с огромным количеством прыщей, царапин и прочих свидетельств переходного возраста.

Особо на лице выделялись красные, все в полопавшихся капиллярах испуганные глаза.

– Д-да! Отдайте! – Дрожащая рука парня дернулась в сторону стоящего перед ним мужчины, но, сведенная судорогой, опала по дороге. Подросток еще раз нервно оглядел стоящего перед ним человека: его вид, от манеры держаться до понтового костюма, никак не желал гармонировать с окружающей обстановкой.