Печать Соломона

Обернувшись, он нашел взглядом спинку кресла и, схватив лежащий на ней галстук-бабочку, перекинул его на шею и принялся отточенными движениями завязывать галстучный узел. Его медитативное занятие прервал писк селектора на столе:

– Господин директор, к вам Бенуа Лефевр.

– Благодарю, Присцилла, пропустите. – Закончив давать указание секретарше, Альфред снова повернулся к зеркалу и придирчиво оглядел свой внешний вид, параллельно дожидаясь посетителя.

– Добрый день, шеф! Я хотел э-э-э… – Лицо вошедшего человека стало стремительно наливаться румянцем.

Причина этого состояла в том, что хоть верхняя половина туловища его начальника и являла собой образец тонкого вкуса и нестареющей классики, про нижнюю часть ничего подобного сказать было нельзя: там, помимо трусов, ничего не имелось.

Непривыкший к подобной фамильярности Лефевр покраснел до ушей и впал в ступор, из которого его вывел насмешливый голос шефа:

– Не стоит стесняться своих желаний, дружище. В вашем возрасте это скорее норма, чем повод для беспокойства.

Так чем я могу быть полезен бессменному начальнику нашего мозгового центра?

Бенуа, поняв, что прекращать издевательства над ним никто в обозримом будущем не планирует, демонстративно уставился в потолок и, выровняв дыхание, продолжил:

– Возможно, мне стоит зайти позже? Я не был предупрежден о вашем внешнем виде.

Альфред усмехнулся:

– Возможно, это потому, что я и не имел намерений никого предупреждать. Полноте, друг мой! К лицу ли вам, бывшему католическому священнику, такое смущение? Заподозрить вашего брата в невинности мог бы только тот, кто в жизни своей не сталкивался ни с одной из религий.

– Я был послушником в монастыре! – Бенуа скривился, как от зубной боли: эти подколки насчет его прошлого и истории его попадания на Таможню не кончатся даже вместе с его смертью. – И как будто вы сами так уж хорошо знакомы с земными религиями! Неужто вам довелось быть священником?

Альфред кивнул и потянулся за висящими на все том же кресле брюками:

– А также муллой, раввином и буддистским монахом.

История и география моих похождений была весьма пестрой.

– Не сомневаюсь, – Лефевр лишь беспомощно покачал головой. – В любом случае, я зашел пригласить вас на игру в покер: ребята из команды криптографов устраивают турнир с силовиками и снабженцами, и я подумал, что вы, быть может, захотите присоединиться. Но уже вижу, что для вас это не актуально.

– Более чем. Мне предстоит сольный выход, как видишь.