Красный камень Каррау

В свете мана сверкнул нож – Давид достал кукри, принимая низкую стойку. Почему-то лицом в другую от всадника сторону.

Я бросил туда быстрый взгляд.

Белое сияние приближалось с той стороны тоже. Шаг за шагом, как в марше, из-за гаражей выступил еще один ман: белоснежный всадник на сияющей лошади, с черными провалами в ослепительной белизне – там, где должны быть глаза. Так же медленно поднял на плечо копье.

И еще один – с другой стороны.

И еще один.

Они стекались отовсюду. Трое. Четверо. Семеро.

Давид сглотнул, а потом выругался.

Мой круг был слаб, но я держал его. Выворачивал наружу Тень – но она захватывала больше, чем давала. Как всегда. Накатило такое головокружение, что я бы упал, если бы уже не стоял на коленях.

Линии города прогнулись, отвечая на силу моего круга – и ударили по нему оттянутой тетивой. Сорвав напрочь. Я закричал, когда граница лопнула – лишая меня влитой в нее силы. Словно лопнувшая артерия, и из нее хлещет, хлещет, хлещет, пока не заткнуть пальцем.

Город, присосавшись, тянул силу через вжатые в его землю ладони.

Больше не сдерживаемые барьером, маны рванули к нам.

Давид схватил меня подмышки и дернул вверх. Он пытался удержать меня, когда копье ближайшего всадника врезалось в его грудь. Прозрачное, сияющее, с пылинками, что бились в нем, – как в солнечным луче, из которого выпили тепло.

Давид, с копьем-лучем в груди, отбил кукри занесенный над головой меч. Звон стали о сталь – и сорванный нож улетел в сторону.

Давид упал на голодную землю. Она всегда принимает смертных – ибо они из нее вышли. Из глины, мотков волос, из влаги и тьмы. Меня накрыл холодный электрический поток: смерть-жизнь, отпущенная из тела, как взрывная волна ядерной бомбы. Такая же мощная. Энергия закручивалась, разделяясь: что-то вверх, что-то вниз.

Лошадь мана распахнула черный рот в беззвучном крике. Попятилась, отступая от вихря смерти и топчась по телу Давида, и не оставляя на нем ран.

Я отшатнулся тоже. Электричество пронизало каждый нерв в теле, отбросило слабость и головокружение, и даже Тень на пару секунд оторвалась от меня.

Впитать это. Выпить. Стать больше, стать сильнее. Неважно, что убил его не я – я могу впитать его жизнь и силу. Он был силен, этот парень с татуировкой и отрубленным пальцем. Я смогу поставить второй барьер – и защитить оставшихся детей. Защитить себя.