Грехи Марии

Мне надоела эта неопределенность. Но все было неподвижно. Ничего не происходило. Внутри меня снова начинала подниматься паника. Провести еще один день также, в этом же месте, в этих удушающих грязных стена я не могла. И тогда в моем сознании пронеслась сумасшедшая мысль. Возможно, она там была постоянно, просто я старалась не думать о ней, заталкивала ее подальше, считая нереальной, неосуществимой. Но спустя один выдуманный рассказ и всего несколько дней заточения эта мысль уже не была столь прозрачна.

Прислонив руки к стене и выгнув спину дугой я положив голову, упершись в холодную стену.

Я шла ва-банк.

– Ты узнал себя в моем рассказе? Я могу рассказать подробнее про монстра. Ты это хочешь услышать? Этот монстр, о котором мы сейчас поговорим, был страшнее. Хочешь послушать про него? Этот монстр был священником, но это не мешало ему растлевать девочек!

Мой голос сорвался, глаза застлали слезы. Разгадка была близка.

– Разве твои грехи не страшнее моих, Игорь? Может это ты должен мне спеть? Или покаяться в грехах! Давай, мы соорудим келью!

Внутри меня начала подниматься волна злости.

Я ощущала ее, она разгоняла жар по моей крови.

– Чертов ублюдок, ты струсил? Эй, жалкий кусок говна! Выходи! Выходи же! – Я начала с силой бить кулаками по стене. Все было бесполезно, но мне было плевать. Я устала ждать. – Давай же, выходи! Тебе нужна я? Так возьми! Разве ты хочешь не этого? Или мне стоит позвать тебя по-другому, папочка!

Я шипела как змея, как чудовище, которым была всегда в его глазах.

Если я ошибалась, то получу очередной заряд тока, но если была права… Мне не хотелось думать об этом, но и закрывать глаза более я не могла. В голове смешались воспоминания и реальность, как серая тухлая жижа каши, размазанная по полу, по моим ногам и платью.

– Если это ты, там за линзой камеры, за чертовой железной дверью, то знай – я ненавижу тебя чертов ублюдок! Но если тебя там нет, и ты просто очередной курьер, ворующий и продающий людей, то у меня для тебя плохие новости! Я скорее сдохну тут, в моче, чем ты хоть что-то получишь от меня! Мне нечего терять! У меня ничего нет!

Развернувшись спиной к двери, я завалилась на нее всем телом и начала стучать по ней согнутой ногой.

Натянутая цепь резала мою окровавленную ногу, но мне было все равно. Моя решимость возрастала с каждым ударом о дверь. А может это было отчаяние. Если он меня не выпустит, значит я отобью себе ногу, но не успокоюсь.