Невеста.ru

Витторио – так нарекла водителя мама – оказался парнем холостым, перспективным, заботливым (по его словам) и не очень старым, это я поняла точно, потому что он нарисовал цифру 43 на песке, когда мы прогуливались по пляжу в Римини. Сорок три – это много для меня, но терпимо. Серьезный «рагаццо» Витторио, несмотря на знакомство в несколько дней, пару прогулок и один ужин в ресторане, предложил жить с ним в его апартаментах в Турине.

С этого момента мне стала нравиться Италия. Хотя я искренне удивилась, что Турин – это Италия, попутав его с Тунисом.

«Мольто белла», – сказал мой новоиспеченный кавалер, прощаясь со мной в аэропорту. «Грацие», – расплылась я в улыбке и отчалила в Москву.

НАДО ВАЛИТЬ

А в Москве снег. Едва я ступила на родную землю, разбилось теперь и мое сердце. К радости, итальянский жених не слился и продолжал звать к себе. Сказала ему, что прилечу на Новый год. Сама же начала разведывательные действия и сбор социологической информации по подругам и знакомым. Лететь или нет? Речь пока шла только о нескольких днях.

Но это была не туристическая поездка с группой школьников, а полет в неизвестность к малознакомому мужчине в чужую страну. Я трусила. И хотелось и кололось. Надежда на социологическое исследование развалилась. Мнения подруг разделились примерно пятьдесят на пятьдесят. Одни говорили – поезжай, другие предостерегали, что не выживу в борделе, куда меня непременно увезет фиат с красными занавесками.

Я плохо спала все те дни, которые взяла на раздумье.

Сомневалась до такой степени, что сдала в весе на полтора килограмма. Но в мыслях мой чемодан был уже собран, даже знала, каким лаком накрашу ногти.

«Си», – ответила я Витторио, и в ушах зазвенел марш Мендельсона. Он оплатил билеты (как мило и неожиданно) и прислал на имэйл копию своего удостоверения личности с приглашением для оформления моей визы. Я позвонила в авиакомпанию и уточнила, приобретались ли билеты на мое имя. Получив подтверждение оператора, слегка успокоилась: не станет сутенер покупать обратный билет.

Вот только жениху моему на деле оказалось не сорок три года, а сорок восемь. Ксерокопия паспорта была отличного качества, ошибиться я не могла, равно как и не могла ошибиться тогда на пляже, когда он палочкой на песке выводил цифру сорок три.

– Я думал, что ты спрашивала о возрасте моего брата, – пытался оправдаться он в ответ на мои упреки по поводу его честности.

Сорок восемь – это больше, чем сорок три. На целых пять лет.