Прекрасная Фея для хитрого босса

В проеме виднелся Сальватор Геннадьевич, покручивающий в руке знакомый березовый листик. Что-то в его развалившейся позе насторожило шатенку. Мужчина, будто почувствовав, что на него смотрят, повернул голову.

Именно в этот момент из-за поворота появилась уборщица с ведром и шваброй в одной руке, тряпкой, пакетами, набором мочалок – в другой. На такой скорости столкновения было не избежать. Однако Дорофея все равно подчиняясь инстинкту самосохранения начала тормозить. Удар, ужасный грохот от упавшего инвентаря и теперь уже все, кто присутствовал на совещании, старались хоть одним глазком увидеть, что случилось.

Коричневая ароматная жидкость из ее стакана выплеснулась прямо на новенькую белую полупрозрачную приталенную блузочку. Большое пятно вмиг растеклось в области груди, брызги попали на легкий светлый кардиган, да и волосы, что были уложены легкими голливудскими волнами, оказались полностью мокрыми.

Кто-то прижимал ладонь ко рту, чтобы не рассмеяться, кто-то стоял с открытым ртом, кто-то только сейчас начинал понимать, что произошло в коридоре.

– Чего повыскакивали? Тут вам не цирк! Быстро все по местам! – Громовым голосом скомандовал Ломбарди.

Подчиненные поторопились занять отведенные им кресла, сам же Сальватор размашистым шагом направился к девушке.

– Все в порядке, Дорофея?

– Я… я несла в-вам к-кофе и…, – не подумав, что делает, она указала на пятно, что красовалось на груди, – оно разлилось.

Благо, что Сальватор стоял спиной к кабинету, и никто из присутствующих не заметил его откровенно разглядывающий девичью округлость взгляд. Усилием воли он заставил себя поднять глаза. Соблазнительно облизнув нижнюю губу, шеф чуть ли не вплотную приблизился к шатенке. Сейчас от нее пахло кофе.

– Конечное, я не против, как ты выразилась, насадить тебя на хмм… кол и слизать американо с нежной кожи, но оставим это на потом, когда вокруг не будет столько свидетелей, – проговорил босс, так чтобы даже крутящаяся рядом уборщица не услышала его реплику, – у меня в кабинете есть футболка.

С этими словами Сальватор развернулся и направился к заждавшимся зевакам. Дорофея же стояла, как вкопанная.