Последние дни Пангеи. Первое чувство

– Понятия не имею – ответил Таро. – Наверное оттуда, откуда и Длинношеие…

– Они тоже из лианового леса вышли? – спросил Трис.

– Из леса, видимо, – предположил Валл.

Охотники, стоя на взводе и поглядывая на рептилий, принялись перешёптываться и обсуждать весьма странное появление Острошипов, а как только выводок обошёл лагерь, ящер, что стоял настороже, снова зарокотал и, развернувшись, направился за детёнышами. Остальные Острошипы безмятежно обходили заставу и вовсе не обращая внимания на первых людей.

– Они будто не опасаются нас, – недоумённо произнёс Арвен. – Куда они направляются?

– Я представить себе не могу, – молвил шаман. – Я всякое видел за свои луны, но подобное – впервые!

– Они на запад идут, Валл, туда же, куда и Длинношеие, что на холме виднелись, – уверенно сказал Кун.

Тем временем из шатра вышел Тиран с факелами. Рептилии, завидев стихию пламени, остановились на миг и повернули морды в сторону источников света. Пофыркав немного, они снова двинулись по своим надобностям.

Валл вернул глазам людской зрак и принялся запаливать принесённые Тираном светочи. Охотники последовали примеру вожака, и вскоре стойбище первых людей засветилось яркими огнями.

Шипастые травоядные уже никак не реагировали на пламя. Тогда следопыты забрались на окончания рожнов, чтобы подсветить происходящее получше да рассмотреть поближе подозрительно спокойных в эту ночь ящериц. И к удивлению разглядели сородичи поодаль от Острошипов бегущих Прыгунов.

– Вы только посмотрите! – Ирис изумился в полный голос.

 – И пернатые тут!..

– Валл? Таро? – в тот момент Салас вышел из халабуды и встал у рожнов, что направлены были на южную сторону беннеттитовой равнины. – Что здесь происходит?!

Свет Луны во взоре юноши ярко освещал просторы далей, будто только-только наступали сумерки, но Салас понимал, что уже давно за полночь, и такая светлынь удивила его. К тому же повсюду среди растительности мерцали крохотные зелёные источники свечений. Они то были неподвижными, то перелетали в воздухе с места на место, то ползали по земле, траве и листьям кустарников.

Тут же, в шагах пятидесяти от стойбища, в юго-западном направлении на лугу мелькали нагие – без кожи – силуэты рептилий, и тот гул, что слышался юнцу ещё в шатре, мгновенно преобразился в десятки сердцебиений. Потрясённый Салас смотрел на происходящее, а в один момент в слаженности ящеров он узнал Стервятников. Подросток сроду не видал столько падальщиков.