Рассказы невозвращенца

Все вынутое, включая искромсанный мозг, кидают в пустой живот и зашивают, сильно затягивая шов. Из ведра вынимают ком грязных бинтов, впихивают в череп и тоже зашивают.

Про Петровну в больнице говорили, что она не вполне баба, а больше как гермафродит. Как-то 7 ноября она сильно напилась после демонстрации, и домой ее повез шофер скорой Портнягин. Примерно с полгода мужики перемигивались, а Портнягин краснел и повторял:

– Да нормальная баба она! Как все!

А с другой стороны – ну что ему ещё оставалось говорить?

* * *

– Гадкий ты, – шептала Сеньке мать, тихо смеясь, – гниленький такой врунишка.

И обнимала его нежно. А Сенька многословно, захлебываясь словами, тарахтел, что он не хотел лезть через забор, он отказывался – но пацаны ж не поймут!..

Откуда в нем этот талант – врать, а после так убедительно оправдываться? Адвокатом будет, подонок, – улыбалась она. Странно все же – папаша его и двух слов связать не мог. Впрочем, кто именно был отцом подростка, она наверняка не знала – буфетчицей же работала! На автовокзале.

Семен, между тем, подрастал. Друзей, верных друзей, какие бывают только в детстве, у него почему-то не образовывалось, хотя с людьми он знакомился легко. Впрочем, это его не беспокоило, ведь друзья – это ответственность какая. Их выручать приходится, делиться с ними. Нет – Сене и так было неплохо. В школе он успехами не блистал и после восьмого класса поступил в техникум, здраво рассудив, что в институт ему не пройти – чего же тогда время терять.

Как многие сверстники, он вскоре пристрастился к фарцовке, но без хорошего стартового капитала раскрутиться было сложно – вертелся на перекидке мелких партий фирменных пакетов, жвачки, иногда джинсов. Обычная, короче, жизнь обычного подростка с окраины столицы.

Необычное началось с армии, куда его после отсрочки все же призвали. Совершенно случайно замполит части проходил мимо ленинской комнаты, где в этот момент распекали четверых солдатиков. В вину им вменялась порча армейского имущества – они вытряхнули содержимое висящего на противопожарном стенде огнетушителя, а внутри завели брагу.

Но недоглядели – бражка перебродила, пеной сорвало крышку, и возник скандал. Рядовое, в общем-то, происшествие – ничего особенного, армейская рутина. Внимание же замполита привлек звонкий голос и взволнованная речь одного из нарушителей – рядового Семена Квитко, служившего при кухне и продавшего самогонщикам сахар. Вдохновенно, нагло и убедительно врал солдат.