717 717. Завтра

Тут Николай Викторович упал передо мной на колени, вытянулся, облокотился руками о перила кресла, забаррикадировав тем самым мне выход, и жадно впился зубами в пуллер замка моей кофты, следуя с ним вместе строго вниз, фрагментарно обнажая грудь и останавливаясь в районе солнечного сплетения. Дальше он молниеносно оторвал свои руки от перил, схватив за колени мои ноги, развёл их в стороны, придвинувшись вплотную к качелям, а значит и ко мне, а как только я попыталась вернуть на место застёжку на спортивной вещице, приковал мои руки к креслу своими огромными клешнями.

– Не надо, – шептала я, уже поймав тёплый ветерок вожделения по всему своему телу.

– Как же ты прекрасна! – не угоманивался свёкор.

Он вытащил свой язык, словно змея жало, и начал скользить им по моей шее, подбираясь к уху, затем стал покусывать мочку, пропихивая свой крупный нос поближе к барабанной перепонке. Дальше были глаза. Они удостоились десятка маленьких поцелуев. Затем его нос прополз по моему, подобравшись к губам, которые уже были распахнуты для жарких объятий.

Что там делал его язык! Он переворачивал во рту вверх дном всё моё обманчивое представление о консерватизме, свойственном солидному возрасту 50 лет, пока резко не переключился на возбуждённую грудь. Как ловко он вытащил её из плена бюстгальтера и как сладко начал смаковать, периодически сглатывая всё неверие происходящего. Но, как только его руки отпустили мои и схватили меня в охапку, а лицо зарылось туда, где остановилась молния кофты, я запустила свои пальцы в его уже немного редеющую шевелюру, но всё ещё остающуюся достаточно густой и немного волнистой, на мгновение закрыла глаза, собрала всю свою волю в кулак, оторвала его лицо от себя, наклонилась к нему и, вместо поцелуя, который так и напрашивался в эту минуту, заглядывая в самые глубины его голубых глаз, произнесла:

– Николай Викторович, пожалуйста, отпустите.

Растерянность, вот, что было в глазах свёкра. Он явно не ожидал такой развязки событий, поэтому ослабил руки и немного отодвинулся от меня, а я, быстро застегнув кофту, встала с качелей и твёрдо зашагала к дому, не оборачиваясь.

Моё тело кричало «хочу», мой разум голосил «нельзя». Надо отдышаться. Шагаю на кухню попить воды. В доме уже совсем тихо и безлюдно. Должно быть, все спят. Наливаю в стакан воду, делаю несколько глотков и застываю, вдруг обнаружив прямо перед собой свёкра, который абсолютно бесшумно пробрался на кухню.