Серебряный. Поиск дорог

Когда же среди вольнонаемных он заметил и Дариса, то понял, что все его вопросы нуждаются в немедленных ответах.

– Капитан, что происходит? – он пригласил офицера в свою палатку, для прояснения некоторых моментов.

– Уже не капитан, – сверкнул воин единственным глазом, указав на отсутствие отличительных знаков. –Вольнонаемный Дарис, сэй! Списали из-за ранения.

– Это все из-за суда? – открыто спросил Димостэнис. – Из-за того, что вы дали не те показания?

Бывший капитан едва заметно усмехнулся.

– Помните, когда в первую кампанию, вы прививали нам понятие о войсковом товариществе? Об узах дружбы, доверия, единства.

Что воин должен свято верить в того, кто стоит с ним плечом к плечу и доверять как самому себе. Это все из-за этого. Как можно сначала чувствовать это плечо, а потом предать?

– Дарис, поверьте мне, – Дим сдержанно улыбнулся, – большинство не обращают внимания на такие мелочи.

– Поэтому мы и не в большинстве. Вы знаете, тех, кто вернулся из нашего северного похода, расформировали и распределили по разным военным частям?

Нет, не знал.

Однако в который раз вспомнил злые, невольно вырвавшиеся слова, которые он бросил императору. О том, как тот боится, что Дим может занять его место. Неужели Аурино всерьез думает, что ему это надо? Что он может претендовать на престол?

– Многие готовы служить под вашим началом. Люди уважают силу и тех, кто может защитить их. Если вы пожелаете…

– Никогда! – резко перебил его Дим. – Никогда не смейте произносить вслух, то что вы пытались сказать.

Иначе вас уже никто не сможет защитить.

… Такие как вы умеют наживать себе врагов, но также умеют находить друзей. Те, кто раз поверит, больше не отвернутся, и готовы будут следовать до конца своих дней. Вам это знакомо, Димостэнис?..

Не к месту и не ко времени всплыли в памяти слова князя Эардоре.

Вот только насчет друзей и последователей это не к нему. Пока у него лучше всего получается соответствовать первой части высказывания. И прибыв на север, он вновь доказал это.

Правящий наместник и элита севера не были согласны с указом его величества. Почти десять суток держался осажденный дворец, и когда мятеж был подавлен, управляющий квотой и ближайший круг в сопровождении карателей были отправлены в столицу для того, чтобы предстать перед высшим императорским судом.

– Капитан, а вам непременно нужно ехать в Эшдар? – поинтересовался Дим в первый же вечер, как они заняли резиденцию и объявили об официальной смене власти.