Цветок по-прежнему редкий. А вынуждала ли вас жизнь лгать?..

– Но как?.. – начинаю я и осекаюсь.

Он молча смотрит на меня.

– Когда ты это понял?

– Да практически с самого начала.

Я некоторое время ошеломленно таращусь на него.

«А вечерочек все чудесатей и чудесатей…» – вспоминается вдруг фраза из классики про Алису.

– Почему ты мне ничего не сказал?

– А зачем? – как-то странно усмехается он, отворачиваясь.

– Но сейчас… Это может быть и твой ребенок.

– Боюсь, что нет.

– Почему?

– У меня не может быть детей.

– Что?!

Дэвид встает из-за стола и отходит к окну.

Останавливается там и какое-то время молча смотрит на сад.

«Так, значит, Славка был прав. И он действительно знал все с самого начала! Знал, что Сайрил не его сын… О боже мой! Ну да, он же именно на это и намекал мне тогда… в том разговоре… Да и на его бесплодие намекал даже, получается…», – доходит в ужасе наконец до меня.

Мозги работают с трудом, переваривая эту обрушившуюся на меня вдруг информацию.

Дэвид поворачивается, продолжая все так же молча смотреть на меня.

– И как давно ты это знаешь? – бормочу я, растерянно глядя на него.

– Знаю что?

– Что у тебя не может быть детей.

– Всегда знал.

– Знал и женился на мне?

– А что здесь такого? Мы бы кого-нибудь усыновили, но ты даже лучше придумала. Хоть наполовину от любимой жены…

– А зачем ты мне тогда рассказал о «законах Ритта» и телегонии? – удивленно смотрю я на него.

– Да так, для общего развития. Хотел посмотреть на твою реакцию.

– Посмотрел?

– Я не ошибся тогда. Ты действительно была… девственницей, когда согласилась стать моей женой.

Ну а потом, будучи уже моей невестой, переспала с ним. И вышла замуж за меня. Браво!.. – мрачно усмехается он.

– А ты? – хмурюсь и я, глядя в его глаза. – Знал, что бесплоден, и хотел жениться именно на «девочке». Важное условие это для тебя было?

– Во-первых, это важное условие для любого мужчины, как я тебе уже объяснял. Во-вторых, я действительно полюбил тебя. Ты очень красивая, сама знаешь. И неглупая. Была… – хмыкает он.

 – Что также немаловажно для меня. Ну, а в-третьих, я тогда лечился. И верил. Очень хотел детей. И действительно верил какое-то время, что Сайрил плод МОИХ усилий… – грустно усмехается он.

Sarah Brightman – I loved you – YouTube

– И как ты догадался?

– Ты шептала его имя во сне. Каждую ночь. ЕГО звала. Я сначала и не понял. Думал, сына зовешь. Какой цинизм – назвать нашего сына ЕГО именем, не находишь?

– Это не наш сын. Это ЕГО сын.

– Это МОЙ сын.