Непрекрасная Элена

Но хрипит наше радио так, что «слышимостью» его работу называют только отчаянные оптимисты.

– Готовы? – тот, кто возился с радио, дважды ловко дернул проволоку, и она соскользнула с ветки. – Проверить оружие. Лесники – не лесники… мне тут не нравится. Будто кто целит в спину.

Я прикрыла глаза. У мужика чутье на мой тяжелый взгляд. Что ж, обычное дело. Мне и прежде говорили, особенно старалась Мари. Предупреждала, чтоб я не глядела на людей пристально, а то всякое уже говорят.

Не размыкая век и не двигаясь, я дождалась, пока удалится погоня.

Лишь когда слух почти перестал разбирать звук шагов, я побежала следом. Если бы злодеи поставили простейшую ловушку, если бы затаились и подождали, я бы неизбежно попалась. Но, на мое счастье, они спешили по-настоящему. Бежали слаженно. Держали темп, так это называется. Я иногда нагоняла их, замирала, не дыша, отставала и снова спешила. На всё это мне хватало сил. Я определенно – жилистая. Лоло, услышав подобное о себе, рыдала бы сутки напролет! А я радуюсь.

К рассвету я поверила: злодеи бегут гораздо медленнее, чем я, устают – быстрее… так что нет смысла суетиться. Важнее беречь спину, мешок натирает плечи и набивает холку. Еще надо слушать лес в полную силу, до звона в ушах и серой ряби перед глазами. Чем ближе мы к «метке семь», тем больше шансов наткнуться на наблюдателей.

Когда солнышко отметило розовыми штрихами верхние листочки и веточки, я чуть успокоилась. Теперь вижу весь объём леса. Это высвобождает слух и рассудок в целом, а я давно заметила: когда предельно напрягаю зрение, делаюсь немного рассеянной, хуже распределяю внимание.

Основную группу злодеев я выявила легко и издали. По запаху! В городе мне не приходило в голову, что все – пахнут. Людей вокруг было полно, я старалась казаться обычной, усердно глушила в себе «странное». И, конечно, не принюхивалась…

Ветер слабый, но тянет в мою сторону. Теперь я сообразила, только люди имеют такой запах. Сижу спиной к дереву и принюхиваюсь.

Пот, азарт, дым… Железо! Думаю, именно мокрое железо дает едкий запах. А выделанная кожа – кислый? И вот еще горчичный оттенок, едва слышный, что обозначает он?

Порох! Я принюхалась и кивнула. Точно, порох. Ларкс бы никогда не вышел в лес без спиннера. Прихвостни у подонка такие же кровожадные.

Чтобы моя спина отлипла от надежного ствола, пришлось прикусить губу и мысленно наорать на себя. Не помогло… Я не желала и носа высунуть из-за ствола.