Тентаклеведение. Девять ударов

Вот и теперь: «Это какой-то пошлый Айболит, – как бы само собой подумалось у неё в голове, – Это Айебёт какой-то! Им бы с тем, другим, встретиться… Открыта больница для бодрых людей, идите ебаться туда поскорей!»

Каждое вонзание всякий раз как будто добавляло ей сил и страсти, покуда это не стало попросту невыносимым, и тогда Алиса развернулась, уперлась пятками в сиденье, обвила шею Андрея и начала сама в темпе приседать на нём, насаживаясь лишь самую малость и впуская в себя только головку, но зато достаточно быстро.

—Ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-ай-а-а-а-а-а-а! – её накрыло мощным оргазмом.

Она и не знала, что можно кончать вот так, вовсе без клитора… «Наверное, это от того, что у него набалдашник такой торчащий, задевает, наверное, там всё…» – думала Алиса, расслабленно повиснув на плечах Андрея. Ноги гудели от невиданной нагрузки, но по телу разливались такие приятные тепло и усталость, что можно было и потерпеть.

—Алисочка, детонька, ты рано расслабилась. Папочка тоже хочет! Давай становись-ка раком! – Андрей поставил её на колени на соседнее сиденье так, чтобы она обнимала подголовник, а сам пристроился сзади и по новой без лишних сантиментов хлёстко воткнул свой фаллос. Бойкими и размашистыми тычками он то полностью выходил, то резко, с хлопком по ягодицам втыкался снова.

«Ах вот что это были за шлепки!» – догадалась Алиса и скоро, почти как Лена, в голос пронзительно выкрикивала:

—А! А! А! Да! А! А! Так! А! Ма! Ма! А! А!

Андрей долбил её быстро и сочно, постоянно чуть убыстряя темп, и уже более не замедляясь. Она заметила, что он с головы до ног мокрый от пота, у неё самой текло по шее и по груди не меньше. Со временем скорость движений достигла предела. «Герца три или даже четыре, наверное», – против воли пронеслось в голове, когда она в ритме этой долбёжки орала:

—А-а-а-а-а-а-а.

Наконец, тело позади содрогнулось, нечленораздельно замычало, и гриб, как кувалдой, наотмашь несколько раз забили ей до самого основания; она физически ощутила, как сильные, зудящие, как из душа, струи орошают матку. Она предполагала, что теперь он свалится без сил от работы «отбойным молотком», но не тут-то было.