Жена без выбора

 – Повелись с людьми и нахватались от них всякого! И что же произошло, боги перестали быть богами?

Морох поперхнулся следующими словами.

– Ну… ты недалека от истины, сестра моя.

Неожиданно монашек резко пересел ко мне на кровать, отчего я с нее чуть было не рухнула, но хранителю мои неудобства были безразличны.

– Поэтому расскажи мне… – Морох отчаянно зашептал, озираясь на дверь с таким видом, будто в нее вот-вот ввалится Ягойлон.

– Что? – не поняла, чего именно от меня хочет лысый монашек.

– Это правда, что у Яго повышается температура тела при общении с тобой?

– Почему… это так важно? – я попятилась от наседающего на меня храмовника, на всякий случай.

– Важно! – Морох произнес это слишком громко, по его мнению, поэтому он снова воровато оглянулся на дверь. – Скажи честно, у Яго повышается температура тела рядом с тобой?

– Ну да!

– Тише…

– А что тут такого? – я только плечами пожала. – Он же от злости на меня аж дымиться начинает. От одного моего слова закипает.

Видимо, у них с этой Лорд совсем не ладилось, раз в нем столько злости.

– В том-то все и дело… что не «не ладилось» – это еще слабо сказано, – монашек тяжко вздохнул, и от груза бытия, навалившегося на его плечи, забыл посмотреть на дверь. – Лорд сама все испортила. Особенно ей удалось испортить жизнь Ягейлона…

Глава 6

– Час от часу не легче! – почти облегченно выдохнула я. – Это все понятно, вон как пыхтит Ягойлон при одном только упоминании имени несравненной женушки, нагревается, словно провод, того и гляди – бабахнет или током треснет.

– Не буду требовать с тебя объяснений твоих слов, дорогая сестра, – хранитель поджал губы и пересел обратно на стул. – Ибо это издержки твоего мира, однако общий посыл фразы я понял.

– Какое счастье! – не смогла подавить всплеск собственных аплодисментов в адрес догадливого монаха.

– Не ёрничай, Марина, дело очень серьезное, – пожалуй, Морох оказался даже слишком догадливым.

– Так я ж не против объяснений! – устроилась поудобнее на весьма узкой кровати.

 – Рассказали бы мне все, как есть, глядишь, я бы и прониклась, всей душой, так сказать. А то чувствую себя дура-дурой. Обидно даже.

– Не обижайся, сестра моя, – хранитель блаженно возвел руки вверх. – Ведь всем известно, чем больше страданий, тем выше награда.

– Это ваши драконы так учили? – я покосилась на монашка, которому оказались не чужды наши библейские премудрости.