Академия Арфен. Отверженные

– Какого ярна ты тут делаешь, мелкий? – прогремел голос Рейна в ее бедной голове.

– Я… я обувался, а ты, дурень, хватаешь спросонья, еще и объяснений требуешь! – так же громко прокричала Келейр.

В дверь постучали, но они так увлеклись, что не заметили, как она приоткрылась, и в комнату заглянул Гварен. На лице волка застыло неподдельное удивление. До сих пор раздетый, Броган валялся на своей кровати, прижимая к себе голову шустрого мальчишки, своего соседа, отчего-то стоящего у той самой кровати на коленях.

Ладвик забыл, что хотел спросить, и деликатно прокашлялся в кулак.

– Я лучше в другой раз… – Волк бесшумно прикрыл дверь, и Келейр услышала его торопливые удаляющиеся шаги.

Проклятье! Что он там себе напридумывал?! Понимая, что Рейн и не собирается отпускать ее, лиса больно укусила его за руку и наконец вырвалась на свободу.

– Ты укусил меня! – Дракон подорвался с места, но лиса замахнулась в него ботинком, и он притормозил.

– Говорю ж тебе, обувался я! Мне до тебя дела нет! Опоздаем из-за твоей тупости на занятия в первый же день, и тогда нам влетит! – проворчала Келейр, не спуская с него взгляда.

– Ладно, – сдался Рейн и взъерошил черные волосы, – поверю на первый раз!

– Радость-то какая… – Она прихватила зачарованные самовлюбленной ведьмой ботинки, сгребла в кучу свою форму и прошмыгнула в ванную.

Быстренько одевшись, умыла холодной водой лицо, желая придать ему привычной бледности. Келейр тряхнула головой и поглядела на отражение в небольшом поцарапанном зеркале.

Синяки под глазами делали ее похожей на урлаха, ожившего мертвеца. Полночи она успокаивала мальчишку, и вот благодарность! Келейр, конечно, понимала, что тот просто не помнил ее самоотверженного подвига, и наверняка это к лучшему, ведь объяснить свой поступок она не могла и себе самой. Но было ужасно обидно, что сосед достался ей совершенно неблагодарный и глупый…

Лиса сама себе согласно кивнула и гордо вышла обратно в комнату. Она прошествовала мимо уже одевшегося дракона и потянулась за своими учебниками.

Обложки на книгах были бессовестно испорчены. Одну из них порвал отвратительный отпрыск королевских кровей. Келейр припомнила ногу Эллгара, которой тот наступил на ее драгоценный учебник, и поджала губы от обиды и злости. Вторую по глупости порвала сама, когда запустила книгой в своего соседа.

Она осторожно проследила за драконом, и ее глаза расширились от неожиданности. Форма-то на нем сидела как влитая.