Пари на счастье

Когда закончил своё художество, Громов торжественно закрепил на голове девушки зажим для штор, надёжно соединяя магниты.

– Готово, – прозвучал голос за её спиной.

Наталья повернулась, от души намереваясь отблагодарить за помощь. Так и в самом деле несказанно лучше. Пусть пара прядей выбивалась из причёски, но ничего не мешало продолжать готовить. Михаил постарался сохранить невозмутимый вид, глядя на взъерошенную гостью, увенчанную нелепой «заколкой».

– Спасибо. Вы меня просто спасли, – улыбнулась девушка.

– Пожалуйста, Наталья, – ответил Михаил, и привычно потёр подбородок.

Стоило побриться… Не ожидал он внезапных гостей. От его действий футболка перетянулась, и стал виден край шнурка на шее. Глаза Натальи расширились при виде оскалившейся волчьей морды на небольшом серебряном медальоне. Совсем странный человек…

– Откуда он у вас?

Такой прекрасной работы Наталья ни разу не встречала. Видимо, медальон выполнен на заказ. Сколько восторженных ночей она провела с фонариком под одеялом, перечитывая все похождения великолепного Геральта… Насколько же неожиданно было обнаружить знаменитый ведьмачий медальон у серьёзного Михаила.

Он же проследил за взглядом гостьи и поправил футболку, пряча своё сокровище.

Понимая, что слишком откровенно разглядывала его, Наталья смущённо отвернулась. Схватившись за нож, она принялась усердно крошить овощи, и делать вид, что совершенно спокойна. Михаил вздохнул за её спиной, обдавая шею тёплым дыханием.

Прекрасно замечая смущение Натальи, он постарался говорить как можно мягче.

– Это подарок сына.

– Вот как, – Наталья немного расслабилась, видя, что он не сердился. – Ваш мальчик увлекается книгами Сапковского?

– Мой… мальчик многим увлекается.

Громов задумчиво сложил руки на груди, глядя в окно. Снова в памяти возник тот давний день, когда спешил на важную встречу. Помнится, тогда у него были основания не доверять своему деловому партнёру.

Доказательств на тот момент не имелось, и это нервировало порядком. Алёшка стянул с шеи свою безделушку и надел на него, приговаривая с важным видом, что теперь точно сможет понять, если его собеседник задумает недоброе. Главное почувствовать, как завибрирует медальон, и всё станет ясно.

Михаил не стал спорить с сыном и принял украшение, надёжно пряча под рубашкой. Ни в какие подобные сказки Громов не верил. Но был приятен сам факт поддержки.