Кто убил Златовласку?

Если удобно, когда волосы в пучок, так и будет, считала она. Никогда особо даже косметикой не баловалась, и так блондинка. Постоянно чувствовала внимание со стороны мужчин. Сейчас, в кресле, она выглядела даже немного смешной – на груди у Тани белая салфетка, на ногах – бахилы. Она лежала с открытым ртом, а врач внимательно осматривала зубы, затем что-то подшлифовывала бормашиной и еще раз осмотрела танин зуб.

– Ну вот. Сейчас должно быть получше. – сказала она и положила на зубы кусочек красящей бумажки.

– Как прикус по ощущениям?

Таня честно ответила:

– пока не сказать, что идеально. Заморозка еще действует, видно. Надо привыкнуть. Все равно чувствуется, что коронка.

– Ну, это Вам так кажется. Внешне никаких отличий вообще. Зубы все одного цвета, включая этот. Да и по форме они идеальные, – улыбнулась врач.

Таня встала с кресла. Начала собирать свои вещи. Надо было идти на выход.

Пришлось немного подождать, пока врач заполнит медицинскую карту.

– Ну вот. Все пометки сделала. Сдайте карту в регистратуру, пожалуйста.

– Будем надеяться, что не отвалится. Спасибо.

– Можете не сомневаться. Клиенты остаются довольны, а вы подальше держитесь от своего бывшего – с улыбкой ответила врач.

Таня направилась к двери. Только открыла дверь, и тут же резко отшатнулась, пришлось сделать шаг назад. В оцепенении стояла какое-то время, не зная, как быть дальше.

Стоматолог, кажется, поняла в чем тут дело.

Посреди коридора стоял Юра. Как обычно, в своем растянутом свитере, не выспавшийся, а казалось со стороны, будто он с

похмелья.

Стоматолог посмотрела на Таню, мол, все понятно с вами. Сочувственно покачала головой, затем вышла в коридор, плотно прикрыв за собой дверь. Врач подошла к Юре и проговорила вполголоса.

– Молодой человек, вам нечего здесь делать. Вы свое уже сделали. Уходите.

Однако Юра уходить не собирался.

– Я не уйду. Мне надо поговорить.

Врач вновь покачала головой, на этот раз неодобрительно, и ушла куда-то вдоль коридора. Через минуту вернулась в сопровождении охранника. Юра неохотно развернулся, пришлось идти к выходу.

Спицын понимал, что в отношениях с Татьяной он был далеко не прав. Но сейчас нужно было окончательно разъяснить отношения. На звонки она давно не отвечала. А поговорить очень хотелось.