Больнее, чем измена

Мужчина, который ее уничтожил…

– Может быть, уже очнешься и выполнишь свою работу, консультант Виктория?.. – последнее он прочитал с бейджа. Каждое его слово пропитано ядом, от каждой буквы веет презрением. На лице застыло такое выражение, будто он видит не бывшую жену, а какое-то ничтожное существо.

– Да… извините, чем могу вам помочь? – с трудом взяла она себя в руки, старательно делая вид, что не знает этого человека. И, видит Бог, не хотела бы знать!

– Помочь, мне? Ничем, – бросил тот с издевкой.

 – Ты можешь лишь меня обслужить, впрочем, это будет для тебя не впервые.

Очнулась! Его тон жестко отрезвил ее. Слова больно укололи в сердце. НО! Виктория больше не та по уши влюбленная в него дурочка, чтобы корить себя из-за его колкостей. Он ей никто! И не имеет права обращаться с ней подобным образом. И никогда не имел, только она слишком поздно это поняла.

– Можете называть, как вам вздумается, – Вика намеренно сделала акцент на формальности, тем самым обозначая дистанцию между ними.

 – Вы не первый и не последний, кто приходит сюда потешить своё эго.

Окинула его с ног до головы равнодушным взглядом, на ходу отмечая, как сильно он изменился. Будто бы другой человек. А прошло ведь всего-то четыре года. Без сомнения, по-прежнему красив, но теперь эта красота стала какой-то грубой, жёсткой, пугающей. Возмужал, стал в несколько раз крупнее и, кажется, даже выше. Или же она просто успела забыть, каким он был раньше? Дорогой костюм, ботинки… Таких не встретишь и в их самом дорогом бутике города.

На руке часы, видимо, тоже не из дешевых. Весь такой из себя – и что же, интересно, он забыл в этом захолустье? Внутри все заледенело от страха. А если он искал ее? Хотя нет, зачем ему это?

– Что вас интересует? Можете обозначить конкретно? – поторопила девушка, не выдержав его пристального взгляда.

– И что, по-твоему, меня может интересовать в обувном магазине? – он вопросительно изогнул черную бровь.

– Как видите, у нас разнообразный ассортимент. А я, к сожалению, не умею читать мысли! – отрезала нетерпеливо. Правильнее было бы сплавить его Оле, а самой отсидеться в подсобке. Но Вика не хотела проявлять перед ним слабость. Пусть не думает, что его появление как-то на неё влияет.

– Ботинки, если, конечно, у вас найдется что-то нормальное, – бросил Данилов лениво, с пренебрежительной ухмылкой.