Моя месть вкуса горького шоколада

И с наслаждением слушать его хрип, но прежде потребовать, чтобы вернул моего мальчика…

– Чем красивее женщина, тем она непредсказуемее,– выдал он "факт", которого я прежде не слышала. Как обычно вывернул все под себя.

– Чем красивее женщина, тем она должна быть умнее. Ибо только своим умом она может противостоять тому вреду, который приносит ей красота. Насколько я помню, это должно звучать именно так,– поправила я исковерканную им цитату великого русского писателя Льва Николаевича Толстого.

– Да, наверное,– его тонкие губы сложились в полуулыбке, а глаза впились в меня. Этот его взгляд, от которого хочется отгородиться зеркальным щитом, пронзительный и, кажется, сканирует саму душу, видит все тайны. Но только кажется, потому что на самом деле он ни черта не видит, иначе давно узнал бы меня. Но Андрей, как всегда, смотрит на обложку, у которой желает снять только первый бумажный слой, не утруждая себя тем, чтобы развернуть фольгу, заглянув внутрь, так никогда и не узнав вкус шоколада под ней.

А может, он узнал и тоже ведет двойную игру? Нет, вряд ли, в таком случае, думаю, Кирсанов быстрее бы меня придушил.

– Так почему такая красивая девушка и одна?– спросил с улыбкой.

"Не одна, я с тобой, мой когда-то любимый муж."

– Наверное, по той же причине, что и такой привлекательный мужчина один,– заметила, как Андрей зарделся, ему явно пришлись по вкусу мои слова. Он всегда считал себя лучше всех, не видел равных себе и достойных.

Только я слишком поздно это заметила, катастрофически поздно. Помню, тогда ломала голову, когда он стал таким? А позже поняла, что всегда был, только скрывал, чтобы выглядеть в нужном ему свете. Или же я была слепа…

– Так как муж отпустил тебя одну?

– Муж…он умер много лет назад,– произнесла то, чего явно не стоило говорить, а потом с улыбкой добавила: – Не напрягайся, это шутка, я не замужем.

– Честно сказать, я и не напрягся, даже подумал на секунду – ну хорошо, значит, свободна,– усмехнулся Кирсанов.

Да его ответ меня и не удивил, этот человек сделает все, чтобы было хорошо лишь ему.

– А наличие мужа стало бы преградой?– спросила, желая подвести разговор к нужной мне теме.

– Для меня нет преград,– ответил он, впиваясь своими глаза в мои, и только сейчас заметила, что в их синеве погасли звезды, которые видела раньше. Теперь они не напоминали космос, больше походили на грязное, мутное болото.