На крыльях моей боли

Динамика ХГЧ подтверждала, что плод развивается. Однако девушка будто бы находилась в тупике. Головой она понимала, что не может рожать. Это никак не входило в ее планы. Сперва она мечтала окончить институт, после устроиться на хорошую работу. Вообще хотела крепко стоять на собственных ногах, помогать папе… Последняя мысль, словно костлявая, когтистая рука, сжала ее сердце. Ей больше некому помогать, кроме себя… Даша даже не думала о замужестве, а о детях и тем более. Она не справится одна с ребенком. Ей нужно учиться… Если она не будет учиться, то и жить станет тоже не на что.

Какие еще у нее могут быть сомнения? И пусть в душе было очень тяжко и гадко, но Даша не хотела этого ребенка. Она боялась его как огня. Девушка понимала, что какое бы решение ни приняла, оно все равно ее уничтожит. Сделает, а после будет ненавидеть себя всю жизнь. Такой вариант казался ей чудовищным и жестоким. Но, с другой стороны, если она его оставит, то тем самым похоронит себя заживо, окончательно сломав уже надорванную психику… Этот малыш не принесет ей счастья, да и она не сможет стать ему хорошей мамой. Ей нечего ему дать. Возможно, однажды, окончательно отчаявшись, она обвинит его во всех своих бедах. Да, Даша была не такая. Она добрая, милосердная, справедливая. Только ключевое слово здесь «была», ибо теперь девушка и сама не знала, какой она стала…

Во время утреннего обхода девушка поговорила с врачом, чтобы узнать, можно ли пойти на аборт на слишком малом сроке. Та объяснила ей все спокойно и без какого-либо осуждения.

И от этого ей стало еще тяжелее, потому что она осуждала себя даже за такие гнусные мысли.

– Хочешь избавиться от ребенка? – спросила женщина, которую положили к ней в палату утром.

Погрузившись глубоко в раздумья, Даша ее даже не заметила.

Девушка не смогла ничего ответить и лишь неуверенно пожала плечами.

– У меня пятый раз замершая беременность, – поделилась соседка дрожащим голосом. – Десять лет пытаемся, и все никак. Всю душу разорвала в клочья; ни сил не осталось, ни надежды.

– Мне жаль, – прошептала Даша, с состраданием посмотрев на нее.

Казалось, женщина не в себе… Да и кто там был в себе?

– Жаль? – усмехнулась та нервно. – Разве может жалеть чужого ребенка та, которая не жалеет своего? Меня всегда поражала такая несправедливость. Бог дает детей тем, кто не хочет их и не заслуживает… А тем, кто мечтает о них, увы… Да я бы жизнь отдала за шанс подержать на руках собственного ребенка! Умерла бы, чтобы вдохнуть его запах.