Сферы равновесия: Вашему папе волк не нужен?

Самые здоровые это черные, их, наверное, не осталось больше. Очень сложно у них с размножением. А так и красные, и зеленые бывают. Да я ходил всего пару раз, перестал ходить, когда на кровь насмотрелся, чудом жив остался. Если и есть хоть один черный дракон, то живет он на Последнем перевале, он на мертвой земле. Лучше туда не соваться.

– Почему? – ведь туда мне и надо.

– Ну, он не просто так Последним называется, там мало кто выживает, одно умертвие и орки живут.

Я съела всю похлебку, а вот из кружки отхлебнула всего пару раз, спиртное не лезло в горло.

– А туда только через границу орков можно попасть? – я, конечно, изучила карту, и понимала, что другого ответа как «да» не услышу, Гравер и Фат одновременно кивнули, подтверждающе.

Дворф перешел почти на шепот.

– А вот и городские нахлебники пожаловали, – зашли трое стражников, остальные посетители немного поутихли, так же, как и Гравер. Троица вела себя вольготно, сделали заказ, и направилась к столу у лестницы.

Там сидел мужик. Уже знакомый мне офицер, что-то ему сказал, и тот вышел из таверны. Служители закона уселись на места, в одном из них я узнала Войта, своего сводного брата, пришлось опустить голову чтоб он меня не узнал. А может, стоит по-тихому сбежать?

– Совсем распустились со своим наместником, такие же самодуры, ведут себя, как будто все позволено, демоны их дери.

Офицер увидел меня в компании дворфов, улыбнулся и подмигнул правым глазом, потом что-то сказал сидевшим рядом стражникам, они в голос рассмеялись.

Молодая девушка, на которую трактирщик накричал тридцать минут назад, вынесла им три тарелки. Когда уже собиралась уходить, офицер притянул ее к себе, и крепко сжимая рукой одну грудь, стал рассказывать, что сделает с ней, на что остальные стражники только смеялись и поддакивали. Трактирщик подошел и попытался заступиться за девушку. На что мужчина напомнил кто тут главный и про какое-то наказание. Рука его спустилась под юбку, подавальщица пыталась вырваться, но силы были не равны.

– Свиньи, не могу смотреть, выйду, пройдусь – я встала, и гномы ничего мне не сказали, просто молча проводили взглядом.

Оказавшись на улице, хотелось вернуться и начистить самодовольные рожи, конечно, делать этого было нельзя, моя свобода и так была на волоске. Я направилась в конюшню, найду другое место для ночлега. Тут в мою руку кто-то вцепился, это был офицер.