То, что вам не понравится

Просто смотрю в пространство и надеюсь, что оно увидит меня.

Из «Иллюзии» вышел мужчина, одетый в чёрное пальто. Он остановился у двери кафе, достал сигарету и прикурил. Поднял голову вверх и посмотрел прямо на меня.

Мне даже показалось, что я вижу его янтарные глаза. Обман зрения, скорее всего.

Капли падали мне на лицо, и дождь был на вкус, как виски.

Запахло гиацинтами.

Молодой человек прикоснулся пальцами к полам шляпы в знаке приветствия. И ушёл в сторону здания городского собрания.

Утром.

Утром, открыв дверь, я увидела синий цветок гиацинта, лежащий на пороге.

Я встретилась с Зоей. Пришлось пережить всё разочарование вновь, когда я пересказывала ей всё, что произошло у нас с Олегом. Четыре недели счастья и – провал.

Пустота.

Я живу в мире взрослых людей. Но некоторые из них поступают, как дети. Нет, не так. Дети намного лучше и светлее. Чище, радостней. Без налёта застарелой, пропитанной эгоизмом черноты. Те, кто называет себя «взрослыми», намного хуже. Подвержены эпидемии собственного превосходства.

Они больны. И все – с изъяном.

Олег много обещал. Говорил то, что я мечтала услышать. Зачем? Хотел соблазнить меня? Я и так была его. Я не давила на него, не торопила события. А он унизил меня, чтобы потешить собственное эго.

Я рассказала Зое всё, кроме таинственного происшествия с молодым человеком из бара. Это – лишь мой образ. Пусть он останется моим.

Сегодня лучше, чем вчера. Сидела у окна. Если честно, ждала, что появится кто-то.

Звонил Олег.

Я не стала отвечать на звонок. Зачем? Какой может быть Олег, когда я больна другим. Знать бы ещё, кто он.

Все эти истории – очень пресные. Мне и самой не интересно это перечитывать. Мне уже скучно жить так, как я живу! Я не хочу говорить о никчёмной повседневности! Я же знаю, о чём писать! Теперь у меня есть своя история. Почему я записываю всё, что было, задним числом?

Зачем убирать то, что случилось, в чемоданы памяти? Зачем прятать от самой себя? Я просто боюсь признаться самой себе в том, что мне это нравится.

Я вспоминаю, как мы сидели на полу, на сером пушистом ковре. Он прислонился к стене, а я сидела напротив него.

Всё сверкало, переливалось. Ром плескался в стаканах, и Он уносил меня в такую реальность, которая действительно была правдой. Он изменил меня. Дал то, что никто не смог дать.

Это было как новые грани совершенного мира. Моего нового мира. И алкоголь тут был не причём. Я даже почти не пила. Не хотела.