Что случилось, дорогая?

К моей соседке по даче как-то ночью пришел мертвый муж, постоял у ее постели печально и исчез, а через неделю… Попомни мое слово, не являются они просто так. Это за мной.

Сделав торжественное объявление, мама замолчала, чтобы у меня была возможность возразить. Я ею, конечно, воспользовался – наверное, только не так энергично, как она ожидала.

– Какая-то ерунда, мам. Не думаю.

– А что? – она выпрямилась и зачем-то подбоченилась. – У моего отца как раз в пятьдесят пять случился инфаркт.

– И дедушка до сих пор жив и вполне здоров, – счел нужным напомнить я.

– А соседка – нет, ее автобус сбил, – заявила мама и без перехода осведомилась:

– Может, переночуешь сегодня у меня?

Она предлагала мне это каждый день. И постоянно теперь меня навещала.

– Зачем?

– Нечего тебе находиться в этом жутком доме.

Мама смотрела на меня с нескрываемым беспокойством.

– Если Нина захочет забрать меня, ей необязательно дожидаться, пока на город спустится ночь и я останусь один. Люди умирают и в присутствии других.

И… днем.

После этой фразы воцарилась тишина.

Моей жены не было в живых уже десять дней. Ее нашли мертвой под балконами нашего дома, пока я был на работе. Днем.

Следователи провели какую-то там проверку, чтобы обнаружить только «травмы, характерные для падения с высоты». При этом дверь балкона в нашей квартире осталась наглухо закрытой со стороны комнаты. Я запомнил, что когда следователь, осматривая наше жилище, открывал эту дверь, ручка даже поддалась не сразу. Но все же справиться с ней было не НАСТОЛЬКО сложно, чтобы в случае надобности Нина не смогла этого сделать.

В саму нашу квартиру дверь была закрыта, но не заперта. Как будто Нина выбежала буквально на минутку. Местоположение тела позволяло предположить, что она сверзилась скорее с общего балкона нашего подъезда… на который практически никогда не выходила. И тем более не выбегала на минутку.

Неужто кто-то выманил ее и сбросил вниз специально? Звучало дико, но в то, что она сбросилась сама, я верил еще меньше: моя жена была жизнерадостной, улыбчивой, мы с ней строили планы на будущее.

У нас была счастливая семья. Если бы все произошло как мы планировали, в следующем году мы бы уже могли стать родителями. Она даже прошла обследования у женского врача и навела справки на работе насчет декретных выплат.

Нине было всего двадцать семь.

В таком возрасте не должны умирать. Но она – умерла, не приходя в сознание.

***

Несмотря на мамины уговоры, я остался дома один.