Попутчица. Книга II

Римма так долго молчала об этом, что я уже думал, он не будет задан.

«Не волнуйся, я пишу тебе в последний раз. Ты можешь признаться, и тогда я успокоюсь. Мне все время казалось, что я все понимаю правильно, а потом – что у меня паранойя. Я устала гадать. Думала, не хочу знать, но я все-таки хочу. И не от нее, а от тебя. Давай мне правду, любую».

Ага. Открою правду, и это их рассорит – при том, что Марте я даже не нужен. Но врать еще хуже. Это как предавать, перечеркивать то хрупкое, что было между мной и Мартой.

Ладно, я не обязан отвечать сию секунду. Можно отложить телефон и спокойно подумать. Нет, не слиться. Подумать. Прикинуть пять вариантов развития событий, как обычно.

«Это останется между нами. Я даже маме не скажу, что опять тебе написала».

Я улыбнулся: как мило и наивно. И Римма отправила одно сообщение вслед за другим, потому что ненавидела ждать. Милая, наивная, импульсивная, нетерпеливая. То, что зацепило меня в ней изначально. Но, как оказалось, мне проще умиляться на расстоянии.

«Не будем портить переписку выяснениями, подозрениями и прочим, раз она последняя. Может, спокойно поболтаем?»

Попытка была обречена на провал.

«Нет. Я болтала с тобой полгода, до этого тоже болтала. Хватит. У вас что-то было?»

«Перестань», – продолжал барахтаться я.

«Я же обещала, что никому не скажу. У нее не будет неприятностей. Не веришь?»

Боже. Нет, не верю. Попробую выдать полуправду.

«Марта – классная девушка. При других обстоятельствах, возможно, мы бы друг к другу присмотрелись.

Но я был с тобой, а у нее был Рома, так что бессмысленно в этом копаться».

«Ну ты и трус».

Как я и думал, формулировка Римму не устроила. Конечно, слово «трус» обидно для любого и обожгло меня, точно пощечина, но я постарался не вестись на провокации.

«Давай не опускаться до оскорблений. Спокойной ночи».

«Стой».

«Что-то еще?»

«Нет, больше ничего. Ответь на мой вопрос – и я отстану навсегда, потому что мне реально больше ничего от тебя не нужно».

«Ты спросила, повлияла ли Марта на наши отношения.

Но она тогда за этим и приехала, разве нет? Кое-что у нее точно получилось. Мы с тобой задумались, что на самом деле у нас может быть дальше».

«Значит, дело не в том, что ты на нее запал, – она, типа, открыла тебе глаза на то, что со мной все тухло?»

Римма злилась. Я почти видел, как она кусает губку, сжимает и разжимает ладони.

«С тобой все было здорово. Но закончилось. И закончилось бы в любом случае, к сожалению».