Альесса: Темное на светлом

В моем мире у аристократов так не принято было, во дворцах вечно присутствовала куча народу. Всякие пажи, старшие мастера над постелью и прочие…

Судя по удивленному лицу Анистэля, старших мастеров над постелью тут не водилось. Ответил он, однако, по сути вопроса.

– Обычно так и есть, леди. Но госпожа освободила замок на время пришествия своей ученицы. Вас.

– То есть из-за меня всех отсюда выгнали? – обмерла я.

– Да. Традиции нерушимы, и когда пришло время призвать преемницу, замок был освобожден от чужого присутствия.

Пока здесь осталась только герцогская семья и доверенные слуги. Это сделано, чтобы вы могли привыкнуть, освоиться тут. Мы все этого желаем, ведь вы наша будущая правительница. – Он легонько поклонился.

И этот туда же.

Мы осмотрели портретную галерею, где на нас со стен смотрело множество лиц – надменных, улыбающихся, недовольных, индифферентных и даже забавных, – несколько очаровательных внутренних двориков с фонтанами, деревьями и клумбами (Анистэль именно их называл тайными садами), комнаты для отдыха, милейшие, отделанные в светлых тонах салоны, где, по всей видимости, принимали приближенных гостей.

Стиль напомнил мне земной Ренессанс, хотя, к стыду своему, в интерьерах и архитектуре разбиралась я слабо. Все было обставлено с большим вкусом, без особой роскоши – скорее, тут ценили сдержанность и качество материала, а не бьющее в лицо богатство. Лунный замок, определенно, мне нравился.

Проведя меня длинной анфиладой залов, Анистэль остановился перед высоченными дверьми, украшенными растительной резьбой, и тут к нему подбежал слуга, возникший словно из воздуха; эльф наклонился, слуга что-то шепнул в подставленное острое ухо.

Анистэль покосился на меня.

– Прошу прощения, леди. Я покину вас на несколько минут, неотложное дело. Однако вы можете сами осмотреть тронный зал, никто не помешает вам. – Он открыл дверь, и я послушно вошла. Створка мягко затворилась за мною.

Ого!

Это было самое большое помещение из всех, что мы видели до сих пор. Слева – ряд высоких стрельчатых окон, откуда открывается уже полюбившийся мне вид на город; справа – сплошь покрытая мозаикой стена, где один сюжет переходил в другой. Наверняка отображены значимые события этого мира, у меня пока просто нет знаний, чтобы их оценить. Заложив руки за спину, я медленно пошла вдоль стены по вымощенному золотистой плиткой полу.