Жизнь Светланы Кульчицкой в столице. Книга 3. Кровь запятнала листву

Студенты перешептывались, периодически повышая голос до восклицаний.

Барон Эккерт зашел к нам с газетой в руках, и вид у него был задумчивый:

– Я бы хотел поинтересоваться у вашей команды, г-н Дюбуа, на каких основаниях вы строили свой вчерашний доклад?

– Да все понятно, – выкрикнул один из студентов, кажется, Игорь, – Светлана Кульчицкая знала об албанской войне от пана советника Кульчицкого!

Я возмущенно вскочила:

– Я не знала! Советники не докладывают домочадцам о делах Совета! И про Албанию придумала не я!

– А кто?

– Я придумал Албанию, – хмуро сказал Поль, – но это ничего не значит.

Ни о делах Совета, ни о войне я не знал.

– Мнэ позвольте сказать, – попросил слова Катц, – Я тоже не знал о войне. Но заинтересовавшись решениями сессии, я сегодня утром зашел в Совет и взял бюллетени, сегодняшний и вчерашний. Здесь довольно большой список вопросов, и да, во вчерашнем бюллетене есть вопрос об объявлении войны. Там, правда, не упомянута Албания.

Я в изумлении уставилась на Катца.

В моей голове вопросы теснили друг друга: «Так запросто вошел в здание Совета? Ликантроп? Взял бюллетени? И ему позволили?», но главным, конечно же, был вопрос: «А что, так можно было?»

Эккерт одобрительно кивнул тяжелой головой:

– Браво, г-н Катц, у Вас отличная хватка. Похоже, что мы все, и даже я, стали жертвой традиции. Традиционно делами советников не принято интересоваться. А Вы, как человек неискушенный, просто пошли и узнали.

Эккерт махнул рукой:

– Не надо меня поправлять, что Вы не человек.

Я и сам это знаю. Однако, Вы получили интересный результат, и Ваш метод надо взять на вооружение. Кто готов завтра повторить подвиг г-на Катца?

Желающих нашлось достаточно, и я не стала претендовать на эту роль. У меня особое положение. Я прикидывала, что именно я смогу разузнать у отца, если подступлю к нему с вопросами. По моему впечатлению, отец последние три дня был озабочен, хмур, и плотно вел переговоры с разными лицами – советниками или приближенными к ним.

Что-то его беспокоило, и, прочитав бюллетени, я поняла что. Во вчерашнем бюллетене вопрос о войне стоял после обеденного перерыва, а ранее, на утреннем заседании, стоял вопрос о каперском флоте.

Словосочетание «каперский флот» последние недели стало для меня значимым.

В каперском флоте служит мой старший брат. Несколько лет назад Иосиф поссорился с отцом и был изгнан из дома. Я тяжело переживала разлуку с братом, и, приехав в столицу, искала его, и нашла.