Любовь сквозь века

Еще ночь такая страшная была, он вроде и спит, да во сне то смеется, то плачет, то стонет так, будто лихоманка его крутит, я разбудить, растолкать пыталась, ни в какую. С петухами первыми дурман его отпустил. А, по утру, и вовсе в лес ушел.

– Не кручинься Любань, тяжело ему, ты-мать, он-отец. Хоть пятерых ему народи, Милану не забудет-родная кровь, да и любит он ее больше других. Бабка протянула женщине плошку с отваром. Выпей, отойдет тревога от душеньки, одолень траву тебе заговорила, от тоски-кручины да слез бабьих.

Пока Любань пила отвар, бабка достала чашу с водой, свечу зажгла, стала тихонечко лить расплавленный воск в чашу с водой. Лила, смотрела и хмурилась, под конец гадания и вовсе стала мрачнее тучи. Слушай меня Любань: Лютый, этот колдун, сильный супротив меня, вывернет так, как ему надо.

– Что ты в воде бабушка видела? Сказывай, не скрывай.

– Сама смотри красавица. Увидишь и сразу все поймешь. Любань заглянула и обмерла, этот образ она часто корила и проклинала, разрывала на тысячу кусочков.

В воде из воска свечного отлилась женская и мужская фигуры, переплетенные в жарких объятиях. Рада и Михась. Фигуры были точно живые. Угадала, кто это? Вижу, что угадала! Их в воде я и усмотрела, виделись они давеча.

– Как же возможно такое? Ведь ее нет в наших краях, давно нет.

– В наших краях может и нет, только виделись они. Отравила она его кровь своим ядом. Сомнения в душе поселила. Говорила я тебе девка, что не нужен тебе Михась, себя с ним забудешь. Не поверила ты мне.

Мой будет, мой, все твердила. Помоги бабка, да помоги. Помнишь, Любань?

– Помню бабушка, как забыть?

– То– то, и оно девка. Присушила ты его. Легче тебе стало? Хоть годок счастливой походила? Иль все оглядывалась, и счастье спугнуть боялась? Было ли оно у тебя, счастье это? Чужой был тебе Михась, чужим и остался. Вроде и вместе вы с ним столько лет, и дети у вас, и хозяйство, а все разными дорогами идете.

– Ругаешь меня, что ли, бабушка, в толк не возьму?

– Нет, Любань, жалею.

Знаешь ведь, люблю тебя, как родную, да помочь ничем не могу. Себя ругаю, что пошла у тебя на поводу, научила, как мужика приворожить. Былого не вернешь Любань, теперь смотри в оба. Сдается мне, не Рада то возле Михася крутится, не настоящая Рада. Как только в воде ее образ рассмотреть хочу, к себе приблизить, плывет все перед глазами, словно мороком мне их застили. Подослал кого-то к Михасю в облике Рады колдун. Своего добивается, чтобы девочку вы ему отдали.