Любовь сквозь века

Думаю, пусть козел мучается, на звонки не отвечаю, сообщений не читаю. Тут этот подвернулся. На кой ляд, мне – незамужней барышне, в самом расцвети сил, одной дома вечерами сидеть? Пошла развеялась. Ой, мать моя!– Ритка, взвизгнула.

– Что стряслось?

– Лера, голос девушки дрожал. Лера, скажи мне, как? Как я выбрала вчера такое уродское платье? Туфли ничего, голос смягчился. Но, платье, платье, это писец какой– то. Прям черный– причёрный писец.

Лера смеялась, прекрасно осознавая, что подруга не разыгрывает ее, для нее сейчас нет страшней трагедии, чем это непонятно зачем купленное платье.

– Лера, ты представляешь, если бы я его одела, и мы пошли в клуб?

– Рит, а в ресторане тебя, что никто не видел?

– Видели, но там одни старые пердуны вчера были, им самое то. Цвет бордо, чуть задницу прикрывает, все в люрексе и пышная оборка сверху. Черный-черный писец!!! Что делать, Лера?

– Верни обратно в магазин. Чек остался?

– Не знаю, может у Юрки. Нет, Лер, я его сожгу, сожгу к чертовой матери.

– Да ладно тебе, оставь, пусть полежит, у тебя семь пятниц на неделе.

– Нет Лер, сожгу. Вдруг я помру. Скоропостижно. От неразделенной любви. Станет родня решать в чем меня хоронить. И Верка, сучка, сеструха троюродная из Рязани, обязательно приедет, платье найдет, и точнехонько в нем меня схоронит.

– Почему в нем -то? У тебя шмотья, как на показе мод.

– Ты слушаешь, меня? Или кому я говорю: Верка-сучка! Она меня ненавидит, нутром почует и напялит на меня весь этот люрекс и бордо.

– Рит, ты же сама сказала, что умрешь. Тебе будет все равно.

– Что значит –все равно? А эстетика? А гармония? Представь только -лежу я в гробу, глаза закрыты, цвет лица –несвежий, скорбный момент, люди подходят прощаться, рюшь эту долбанную видят и ржать начинают. Мне будет не по себе, я то все вижу, а сказать не могу: Что ржешь сука? Над покойным глумишься?

– Дурочка! Только тебе такое может в голову прийти.

– Я не дура, я предусмотрительная и экономная. Уговорила, жечь не буду, сдам от греха и куплю еще одни туфли. Лерусь, а ты чего звонишь?

– Тоскливо, стало. Я же знаю, кому надо звонить если тоскливо! Кто меня еще так повеселит?

– Обращайся! Тоска прошла?

– Почти. Приедешь ко мне сегодня? Я жутко соскучилась. Мы ведь уже месяца полтора не встречались, все по телефону. Или у тебя планы на вечер?

– Конечно приеду. Ты до шести сегодня?

– Ага.