А ей и не снилось…

Но девушка заявила, что любит дочку любой и ей все равно, какой у нее диагноз. И правда, месяц она преданно ухаживала за девочкой, а потом…

Виктор Олегович неустанно искал способ вылечить внучку или хотя бы возможность добиться того, чтобы она совершенно не превратилась в инвалида, оттого забрал малышку на обследование в очередную больницу. Аня была против, но он не пожелал слушать дочь, и в итоге она сдалась.

В тот злополучный день с утра Анюте неожиданно стало плохо, она не отходила от унитаза и тряслась в ознобе.

Поэтому с Виктором Олеговичем и Лизой в больницу поехала Светлана. Несколько дней их с девочкой не было дома, а потом они вернулись совершенно счастливыми, узнав, что диагноз Лизы был ошибочным – она не больна. Радовались все, кроме Ани…

Увидев дочь, девушка впала в истерику, твердя, что это не ее девочка. Ее успокаивали как могли, но ничего не помогало. Жизнь в доме превратилась в ад. Лизонька плакала, но Аня не подходила к ней, крича, чтобы ей вернули дочь. Виктор Олегович впал в отчаяние, в доме один за другим появлялись психологи, а потом и психиатры.

Они подтверждали: Аня абсолютно уверена, что ее дочь подменили.

Поняв, что от врачей толку не будет, Виктор Олегович пытался сам доказать дочери ее неправоту. Он показывал Ане фотографии Лизоньки, видео, снятое в день выписки из роддома. Девочка на нем была крупным планом и, естественно, была копией той Лизы, которая лежала в кроватке, ведь по-другому и быть не могло. Аня же не желала ничего слушать.

Она сбегала, приставала к прохожим, прося помочь ей, сутками не возвращалась домой. В итоге Виктор Олегович запер ее в комнате, врачи пичкали ее уколами, и девушка лежала в постели, как растение, глядя в потолок, не в силах пошевелиться от лошадиной дозы лекарств. Но она обманула врача и опять сбежала. Боясь, что дочь что-то сделает с собой, Виктор Олегович обратился в милицию, и вскоре Аню нашли. Она бродила по книжному магазину у полок с детскими книгами и плакала.

– По какому магазину? – замерла Рита, не донеся стакан с соком до рта.

 – Где?

– Да у нас же в городе, на Фрунзенской вроде бы.

«Все сходится! – мелькнула мысль у Риты. – Это была записка Ани».

– И что было дальше? – тихо спросила девушка.

– Дальше… – в глазах Аллы Антоновны выступили слезы. – Аню привезли домой, закрыли в комнате, не выпускали оттуда неделю, а потом… Потом нашли.

– Умерла? Что-то сделала с собой?

– Нет, – покачала головой кухарка.