Имперская Академия Магии

Понимаешь, нередки примеры, когда после окончания срока имперского распределения, мага оставляют на той же должности, но с более выгодными условиями. Нас, боевиков, часто отправляют в армию Империи. Это менее опасно, всё-таки в Империи относительно спокойно, да и остаёшься среди своих… Самая большая неудача – получить распределение в другую страну. Не дай Отступник угодить в Даргонат, оттуда маги частенько не возвращаются. Даргонат ведёт войну с кочевниками Мёртвых степей и с пиратами, нападающими с моря.

Женщина там считается существом второго сорта, так что с этими мужланами очень тяжело договариваться, – вздохнула Марита.

Она вернулась в кресло с небольшой тубой и вытащила из неё свиток тёмно-жёлтого пергамента. На тубе удалось разглядеть своё имя, написанное буквами неизвестного алфавита. Настоящая загадка – как у меня получается так хорошо понимать этот язык?

– Я знаю, о чём говорю, в Даргонате находится моя лучшая подруга.

Невыносимая жизнь тамошних женщин её угнетает, – хмуро пояснила магичка, – Пока ей везёт, и осталось отслужить всего год.

Марита помолчала.

– В Сумэ-Пуэдо тоже небезопасно из-за частых атак пиратов со стороны моря и ссор среди местных каанов[19 - Каан – богатый землевладелец в Сумэ-Пуэдо]. Там процветает работорговля, а мужчины излишне любвеобильны – замучаешься отбиваться. Если за границу, то лучше в Тимлон. Всем известно, что Великий Герцог – человек слова и чести.

Служба боевиков и там связана с риском, но и магов, и женщин очень уважают. Тимлон – единственное иностранное государство, куда едут служить по своей воле, а не по имперскому распределению. Потому что и почёт, и заработок хороший.

– Что ж, Веста… Сейчас завершим формальности, выберешь комнату и сходишь на ужин – он начинается в шесть и заканчивается в восемь вечера.

Магичка глянула на часы: на невысоком шкафу стояла птица с растопыренными крыльями.

Вместо толстенького брюшка циферблат, вместо цифр – прозрачные зелёные камни. Такого же цвета глаза пернатой красавицы сверкали слишком осмысленно, что навевало определённые подозрения.

«Живые часы» показывали 18.25, если по-нашему.

– Успеешь, – сделала вывод Марита, знаком подзывая меня поближе, – подпиши соглашение, скрепим клятвой на крови и получишь мантию.

Я, немного нервничая, поставила на пергаменте подпись.