Флаг, барабан и паровоз

И понимала Линку, влюбившуюся с разгона и разбега, несущуюся на всех парах, как паровоз с опытным и щедрым кочегаром, подбрасывающим в топку уголь-катер-шампанское-икру… Внимание. Заботу. Пейзажи.

Слегка поев и выпив, Евдокия задремала в кресле. Антон укрыл ее легким пледом, ласково убрал со щеки девушки щекочущую прядь волос.

«Такого не бывает. Я в сказке. Я в релаксе».

Проснулась Евдокия от телефонного звонка. Рингтон был в точности как у ее мобильника, щурясь от солнечного света, Дуся начала озираться, разыскивая сумочку с сотовым…

Но звонок был для Сергея.

Отлепившись от подремывающей на соседнем лежаке Ангелины, питерец дотянулся до оставшегося на столе аппарата, прошептал: «Алло» – и долго слушал абонента. Хмурился. Задавал суровые односложные вопросы.

Закончив разговор, поднялся и, уведя в сторонку Антона, переговаривался с ним минут пять. О чем-то спорил.

Евдокия поглядывала на подругу. Видела, как встревоженно вытягивается ее лицо.

Едва мужчины вернулись к шатру, спросила:

– Какие-то проблемы?

Сергей согнал со лба хмурые складки и отмахнулся:

– Так, ерунда.

 – Потом длинно и пристально посмотрел на Ангелину, с деланой веселостью потер руками и произнес: – А что, девчонки, не поменять ли нам планы и маршрут, а? Линочка, ты как? Согласна? Согласна, проказница, навестить медвежий угол и примерить на себя рай в шалашике?!

Сережа представлялся. Делал шутливо страшными глаза, пугал Синицыну медведями.

Но Линка, по правде говоря, испугалась совсем обратного.

Побоялась, что сказка окончена, бизнесменов призвали деловые трубы и денежные знамена, а она… опять одна и в тараканах!

Ну уж дудки. Хрен с ними с медведями. Синицына решительно встала с лежака, расправила плечи и произнесла:

– Куда едем? В Питер?

Сергей печально улыбнулся.

– Увы, моя шалунья. У нас проблемка в регионе, ее надо порешать… Вы, девчонки, там позагораете, поплаваете, нас в отеле подождете… Обещаю незабываемый отдых! – Сергей клятвенно приложил ладони к груди.

 – Сегодня ночью сядем в два СВ, забьем купе шампанским… Завтра утром будем на месте. Какие-нибудь отдельные пожелания есть?

У Синицыной наметилось одно желание – не расставаться.

К Евдокии подошел Антон, взял ее ладонь, приложил к губам и прошептал:

– Я не хочу с тобой прощаться. Поехали. Мы с Серегой быстро порешаем дела, потом, если захочешь, вернемся сюда.

От пристального взгляда карих глаз у Евдокии побежали по спине мурашки и пересохло горло.