Изящно, дорого, смертельно

Если бы сегодня нашли не Ваську, а меня с проломленной башкой, все могло бы получиться, как вы подозреваете: Воропаев умер, меня теперь некому защитить… а кто-то давно зуб точил…

– Нет. За тебя впишется Крученый.

Дуся немного помолчала.

– Предполагаете, что, ударив по мне, ударили как бы по нему?

– Я рассматриваю все вероятности. Крученого, Дуся, собираются «на город ставить». Утверждение пока решили отложить – некоторые авторитетные люди не смогли приехать, но…

– Подождите! Я, конечно, могу ошибаться, но смотрящим должен быть вор в законе!

– Ошибаешься маленько.

Но разве ты не знаешь, что Крученого короновали? – Муромцев искренне поразился, а шокированная известием сыщица молча помотала головой. – Чудны дела Твои, Господи.

Но Дуся никаких чудес не наблюдала: Антон не из хвастливых, а Нифасе она запретила даже упоминать Крученого, хотя тот уважал последнего от всей души.

– Крученый проходил не единогласно, – продолжал полковник, – но, скорее всего, «город примет» он.

– Хотите сказать… меня могли сделать заложницей обстоятельств, чтобы заставить Антона… Нет! Мы не настолько близки, чтобы он отказывался от «поста»!

– Тебе виднее, – хмуро буркнул Муромцев.

Не исключено, приехавший сюда именно для этого разговора. – Тогда, может, это привет от СВК?

– Напомню, в морге окажусь не я, а Василина. СВК незачем устраивать этот карамболь, они бы попросту меня прихлопнули.

– Вот то-то и оно. Не хочется мне бардака, Дуся. А что-то назревает. Если, конечно, это не твой Сашка жену кочергой огрел.

– Не он, – твердо заявила собеседница. – Его подставили.

– Опять-таки скажу: вот то-то и оно. Подстава – ловкая. Причем замазала вас обоих. Вначале ты приехала, крутилась. Потом он не смог алиби предъявить… Ну ничего, Кашин следователь толковый, разберется.

Евдокия догадалась, что полковник собрался уезжать.

– Я могу с Нифасей поговорить?! Пожалуйста!

Максим Ильич скроил такое лицо, что сыщица не поняла: она слишком много просит или полковник в принципе не хочет высвечивать возле влипших в серьезный криминал сфинксов и просить о чем-то Кашина.

Сама дала задний ход:

– Простите за вопрос.

– Позже порешаем, – буркнул полковник. – Я тебе позвоню.

Евдокия выбралась из салона, пронаблюдала, как черная машина начальственно таранит толпу зевак. Отвернулась к дому и достала мобильный телефон – пора звонить Людмиле, сисадмин уже должна освободиться.

– Ты где? – спросила отозвавшуюся Люсю.

– За твоей спиной.