Боже мой, какая прелесть!

И тут он проявил себя джентльменом до подозрительности: намекая, только намекая, что в аварии все же виновата я, он пообещал выплатить мне не только прямой ущерб, но и косвенный (после аварии «рено» сильно упал в цене) – посулил заполнить бензином бак Раиного «ягуара» и прочая, прочая, прочая. Милости сыпались из Анатоля небесным дождем. Он даже предложил свою помощь в улаживании вопроса с кредитом под залог дома…

«Кого же ты убил, Анатолий Андреевич? Неужто президента?!»

Такую щедрость нельзя оправдать попыткой затащить бесхозную соседку в постель.

Я в казино продула столько денег, что на эту сумму уже сама могла бы вполне отремонтировать «рено»!

Андреевич привязывал меня к себе (прямыми и косвенными) материальными обязательствами, как козу к деревянному колышку. Мне оставалось только радостно блеять и убирать под верхнюю губу клыки настоящей хищницы.

…Домой мы вернулись только под утро. Анатоль ехал на переднем кресле «Волги» рядом с таксистом, я одиноко и слегка обалдело болталась на заднем сиденье и пыталась подсчитать, в какую сумму обошелся соседу «незабываемый вечер».

На круг получалось круто. Я даже не все фишки успела профукать. Стоит завтра наведаться в то же казино и обменять на шуршики…

У запертых ворот соседского дома стоял пыльный жигуленок с двумя седоками на борту.

«Волга» остановилась у моих ворот, и два мужика сонно таращились в окно, наблюдая, как галантный Анатолий Андреевич помогает мне выбраться из автомобиля, церемонно прикладывается губами к пальцам и желает спокойной ночи.

– Спасибо, Анатолий, – промурлыкала я. – Вечер действительно получился не рядовым. – И хихикнула: – Вот только мобильничек вы мне так и не вернули…

– Разве?! – картинно изумился сосед и похлопал себя по карманам пиджака, тут же «найдя» там пропажу. – Ах, Сашенька, простите… Какая неловкость!

Я погрозила пальчиком и притворилась догадливой дурой:

– Нет-нет, не обманывайте меня. Вы нарочно это сделали! Чтобы подружки не отвлекали меня от вас звонками.

 – И капризно надула верхнюю губу. – Ну, признайтесь, Анатоль… Признайтесь, признайтесь! Вы – проказник!

– Ох, Сашенька, – симулировал раскаяние соседушка. – Ничего-то от вас не скроешь. Вы меня раскусили!

Боже мой, какая прелесть. Он продолжает считать меня идиоткой.

Его мобильник тоже ни разу не зазвонил. Коновалов выключил оба наших телефона. Только непонятно, почему именно оба.