Простись со всеми, детка!

С его крыши открывался превосходный обзор подъезда к офису, но было одно но. Углом к пятиэтажке, практически нависая над крышей, стоял тот самый дом элитный. Новостройка.

Залечь на крыше ясным днем, пусть даже в камуфляже, нечего и думать: на двух сторонах новостройки, что образовали выпятившийся угол, велось остекление лоджий. Новый и старый дома стояли так близко, что снайперу подумалось: «Заметят лежащего на заснеженной крыше человека, могут и ведром с мокрым цементом дошвырнуться. Точнехонько по маковке…»

Да даже ежели не дошвырнутся.

А заметят только и голосить начнут: «Насяльника, насяльника, тама наша видит мужика с ружьем!!!» На вопли как таковые – наплевать. Рука не дрогнет, нервы железные, мандража Зураб никогда не испытывал. Но вот охрана у офиса не лыком шита, услышат, раскумекают… удирай потом под вой сирен. Несолоно хлебавши.

А Миша Пух в России больше не появится.

Так что… не вариант.

«А если все-таки подумать?.. Прийти на крышу затемно, подмести за собой следы, окопаться и лечь у бруствера крыши в хорошем теплом камуфляже?»

Нет.

Не пройдет. Снегопада на нужный день не обещали, Пуховой прибудет ближе к полудню, снег начнет подтаивать, и вокруг лежащего тела появится четкий контур. Да и дыхание на морозе выдает. Клубится. До лоджий, где ведется остекление, не более сорока метров! Почти над головой нависает угол новостройки.

Придется много думать, за что, надо сказать, уже и деньги проплачены. Не хотелось бы, но, видимо, придется Молчуна привлечь.

Побродив вокруг брежневки и выяснив некоторые особенности дома, киллер принял решение. Зураб был одиночкой и не любил работать в паре. Но выбора не оставалось.

Молчуна Зураб приметил семь лет назад на стрелковом полигоне охотничьего клуба.

И сразу понял, что перед ним ТАЛАНТ засаживает пули в центр мишени. Таланту не мешал порывистый боковой ветер и бьющее под козырек кепки закатное солнце. Хмурый парень равномерно, одну за другой, отправлял свинцовые маслины исключительно в десятку.

И сразу видно – побывал. По возрасту не «за речкой», но пару чеченских нервотрепок наверняка застал.

Почему сей искрометный талант военачальники в утиль списали, Зураб, конечно же, догадывался, но, пролистав (за приличную мзду) дело отставного снайпера, нашел там лишь отписку «по состоянию здоровья».

На взгляд Зураба, состояние совершенно не коснулось головы таланта. Чего там усмотрели военврачи – одному Богу известно.